Мор молча отвернулся. Вопрос, как тело ребенка оказалось способным принять алхарт, отпал. Мор знал о таких, как этот человек. О людях, запертых на всю жизнь в детских телах. Жертвы первых испытаний эликсиров молодости, проведенных тридцать лет назад.

Взгляд незрячих глаз с белком, радужкой и зрачком из белого, красного и черного алмазов метнулся к близнецам. Мастер алхарта изучал их неприлично долго, почти осязаемо щупая третьим глазом. Мору показалось, будто он ищет что-то и… находит. Шевельнулось подозрение, что в них с Марой мастер видит куда больше, чем могут показать ауры. Но, вперившись в Рока, он лишь протянул:

– Слышь, здоровяк, ты вконец охамел, раз Поднебесных ко мне таскаешь.

Мор не терпел публичное оскорбление Драконьих кланов. Но в этой ситуации, пожалуй, мог понять мастера. Эксперименты на людях проводили лишь Поднебесные. Впрочем, стыдиться своей принадлежности к ним Мор тоже не собирался, наука всегда требовала жертв. А вот Мара стыдливо отступила назад. Цветочек.

Одно не понятно: как слепец, видящий лишь ауры, узнал, что они Поднебесные?

Рок, ничуть не смущаясь, прошел к столу и по-хозяйски принялся копаться в ящиках.

– Если еще хоть раз ты толкнешь мне некачественный товар, куколка, то я не поленюсь и саму верхушку кланов притащить с Тиль и Остом.

Мора от такого хамства перекосило. Неотесанный дикарь! Тем непонятней, откуда у него такие знакомства. Мастеров алхарта во всем Эйя по пальцам пересчитать. Вряд ли этот не учтен Поднебесными, не похоже, что он скрывается. Но тогда откуда у него свобода на торговлю с Храмом? Или Рок сейчас выступает как «Тень Дракона»? Мастер откинул за спину коричнево-зеленые корни-волосы, стеклянно при этом звякнувшие, вновь склонился над куртизанкой и прохрипел обманчиво-спокойно.

– Если еще хоть раз ты назовешь меня при посторонних куколкой, здоровяк, очнешься уже в этом кресле.

А при своих он не против, чтобы его так звали?

Рок пробормотал под нос что-то ругательное и махнул Маре, подзывая к себе. Та неуверенно приблизилась, но, узрев многообразие живой воды, ахнула и поспешно нацепила на глаз увеличительное стекло.

– Искупаться мне в аконите! Этот образец ведь на основе зигаденуса ядовитого? А это неужели жабьи слезы? Но какая необычная магия на них воздействовала! На вкус, как полынь. Это… светлая печаль? – Мара изумленно обернулась к мастеру алхарта.

Тот оторвался от пациентки, сложил руки на груди и окинул Мару пристальным взором невидящих глаз.

– Немногие с ходу могут определить энергию светлой печали, сладкая. Не хочешь пойти ко мне в ученицы?

У Мары перехватило дыхание. Взгляд широко распахнутых глаз метнулся к близнецу, умоляя дать разрешение. Так хочется вырваться из-под его опеки?

– С чего это вдруг тебе стало интересно мое мнение? – Мор ядовито вскинул бровь, не сумев скрыть обиду. – Раньше ты прекрасно обходилась без моих советов.

Рок с нехарактерной для него тактичностью закопался в ящики, старательно делая вид, что его весьма увлекла слизь древесного листолаза. А вот мастер, напротив, переводил заинтересованный взгляд с брата на сестру.

– Я не стану подставлять тебя перед кланами больше, чем это сделала уже, – сжав кулаки так, что побелели костяшки пальцев, тихо процедила Мара, глядя в пол и стремительно краснея.

Он должен рассыпаться в благодарностях и на радостях отпустить ее на все четыре стороны?

– Тогда ты знаешь, что я не могу тебе позволить самовольно сменить наставника, – холодно заметил Мор, подходя к столу и внимательно рассматривая конусы, пирамиды и сферы из кристаллов. Да здесь целая сокровищница. Пожалуй, он даже завидует сестре, ей сделали необычайно щедрое предложение.

– Договориться с вашими наставниками не проблема, Тиль и Ост мои пожизненные должники. Более того, ваша учеба у меня не будет отменять ваших обязательств перед кланами. Числитесь Поднебесными, сколько влезет.

Мор покосился на мастера, поглаживающего змею, обернувшуюся полосатыми кольцами вокруг его шеи.

– «Ваша учеба»? – зацепился за оговорку Мор. В душе всколыхнулась слабая надежда. Вырваться из-под контроля Тиль и Оста, для которых они с Марой были всего лишь расходным материалом, да еще и сохранить возможность приглядывать за сестренкой, было бесценно.

Он был благодарен Тиль и Осту за помощь с исцелением Мары, но еще он справедливо полагал, что за нее уже расплатился сполна. А изучение алхарта могло бы прояснить многие их новоприобретенные способности, ведь пять лет назад эксперименты для исцеления Мары над ними проводил тоже мастер алхарта.