Гостей попросили встать, Роджеру велели вручить жениху и невесте кольца, Джон с мамой обменялись клятвами, призвав в свидетели всех собравшихся, и церемония завершилась. Их объявили мужем и женой. Они обещали всю жизнь любить друг друга и хранить верность. И никто из нас их не остановил.

– Тебя не надо спасать, – сказал мне Касс, когда мы с ним познакомились. – Ты сама в состоянии себя спасти.

Оказалось, я не могу спасти никого.

На улице светило солнце, и я удивилась: когда мы входили в ратушу, было пасмурно. Толпы народа сновали по лестнице, кучковались на парковке. Керис с Беном о чем-то беседовали у ограды, и меня отчего-то снова охватила ревность – от тоски засосало под ложечкой.

Разбитной фотограф, точно продавец с дорогого рынка, командовал гостями:

– Невеста с женихом встали на лестнице! Остальные ненадолго вышли из кадра!

Я взяла Айрис за руку, отвела в сторонку. Джон обнимал новоиспеченную жену за талию. Фотоаппарат щелкал затвором. Мама смеялась, глядя на Джона. Щелк, щелк.

– Снято. Прекрасный кадр.

Над нами пролетел маленький аэропланчик, гости бросали лепестки, мама и Джон позировали. В шикарных нарядах, словно кинозвезды, они ослепительно улыбались в камеру.

Ко мне подошли Бен и Керис.

– Привет, подружки невесты, – поздоровался Бен.

– Какие вы обе розовые, – вставила Керис.

Айрис показала ей язык и юркнула прочь. Я покрутилась для них. Сама не знаю, зачем. Глупо как-то получилось.

Бен отошел, чтобы пофотографировать, и Керис спросила меня:

– Ну что, как твоя речь? Готова?

Я пожала плечами.

– Скорей бы все закончилось.

– Наверняка ты отлично выступишь, – подбодрила меня Керис. – Ты прекрасная актриса.

– Ты же никогда не видела меня на сцене.

– Не видела, – согласилась она, – но слышала.

Мы обе знали, что она говорит о Кассе.

– Он не смог приехать, – пояснила я.

– Наверное, лежит сейчас в постели с какой-нибудь девицей.

– Он прислал сообщение из Индии.

– Мило.

– Он тебе пишет?

– Еще не хватало. Я удалила его номер и отфрендила в соцсетях.

Она сильнее меня. Я по-прежнему слежу за ним на «Фейсбуке».

– Ты знала, что в Керале два сезона муссонов в год? А еще там много кокосовых пальм. И самое крупное производство резины в Индии.

– Очень интересно, – ответила Керис, – но я была бы очень благодарна, если бы мы впредь не обсуждали твоего брата.

А ведь раньше ей хотелось о нем говорить. «Он мне не брат», – отвечала я. Теперь же лучше промолчать. Еще не хватало, чтобы она заподозрила меня в чем-то. Я рассчитывала остаться с Керис подругами.

– Подружки невесты, – громко окликнул фотограф, – вернитесь в кадр.

Айрис куда-то испарилась, и я встала между мамой и Джоном. Он даже приобнял меня, чего сроду не делал. Потом Джон пошел искать Айрис, а мы сфотографировались вдвоем с мамой. Я сжала ее ладонь.

Прощай, мам. Прощай. Прощай.

– Отлично, – сказал фотограф. – А теперь положи голову маме на плечо. Вот так. Замечательно.

Щелк, щелк.

Гости тоже снимали нас вдвоем. На мобильниках загорались вспышки. Жених ушел, и настал новый порядок – мы с мамой в маскарадных костюмах позировали на солнце.

Но Джон вернулся, волоча упирающуюся Айрис, и мы вчетвером сфотографировались в разных позах. Айрис переминалась с ноги на ногу и дулась. Наконец Джон сказал, что если мы хотим успеть к торжественному завтраку, нужно делать групповое фото. Вокруг нас на лестнице собралась толпа, я очутилась рядом с Беном.

– Я тебе позже кое-что покажу, – пообещал он.

– Что именно?

– Видеоролик.

– Поздно.

– Это еще почему? – Он нахмурился.

Ничего ему не ответив, я сбежала по ступенькам. Все равно я завалю массовые коммуникации, как и все остальное, и сегодня мне совершенно не хотелось об этом думать. Я схватила Айрис за руку и направилась к Мерьем.

– Привет, девчонки, – сказала она.

– Здравствуйте.

– Какие вы хорошенькие!

– Спасибо.

– Помнишь Барбару?

Какая-то женщина стиснула мою руку и ласково сказала:

– Давно не виделись, Лекси. Мы как раз говорили…

Стоявшие за ее спиной женщины, которых я знала в детстве, улыбались и махали мне. Такое ощущение, будто я когда-то видела их на фотографии, и вот теперь она ожила.

– Кто это? – шепотом спросила Айрис.

Я не помнила их имена и, чтобы предупредить дальнейшие вопросы, усадила сестренку к себе на спину.

– Поехали в паб?

– Увидимся вечером, – сказала Барбара. – Мы все идем на дискотеку.