Оглянувшись на дом, Джейми заметил разбитое окно в кухне, аккуратно заделанное фанеркой.

– Он работает в страховой компании. Нечасто встретишь работу, по сравнению с которой моя покажется самым увлекательным делом на свете.

Джейми нравилось беседовать с Рэем в темноте. Непривычность, таинственность. Можно говорить все, что думаешь. Он ненадолго потерял бдительность и вообразил непродолжительную, но весьма яркую сексуальную сцену с участием Рэя. Ему стало стыдно, будто он прокрался на кухню выпить среди ночи.

– Ваша мама от меня не в восторге, правда? – подал голос Рэй.

Какого черта, подумал Джейми и сказал:

– Да, не в восторге. А на Грэма чуть ли не молилась. Значит, она не очень хорошо разбирается в людях.

Джейми не знал, стоило ли это говорить. Ему захотелось увидеть лицо собеседника.

– Разумеется, когда Грэм бросил Кэти и Джейкоба, он стал для мамы исчадьем ада.

Рэй промолчал. На втором этаже загорелся свет, в окне показалась мама – маленькая и печальная.

– Держись, – проговорил Джейми и понял: ему хочется, чтобы Рэй с Кэти помирились. Чтобы хоть у кого-то все наладилось. Или Рэй начинал ему нравиться?

– Спасибо, друг, – ответил Рэй.

Джейми помолчал немного и сказал, не понимая зачем:

– Тони меня бросил.

– А ты хочешь его вернуть…

Джейми хотел сказать «да», однако слова застряли в горле, и он пробурчал что-то невразумительное.

– А кто виноват, ты или он?

Будь что будет, решил Джейми. Это как испытание. Прыжок в ледяную воду. Закалка характера. Если расплачусь – черт с ним. За эту неделю я не раз показал себя полным идиотом.

– Понимаешь, я хотел быть с кем-то и в то же время оставаться одиночкой.

– Чтобы, например, трахаться с другими?

– Нет, дело не в этом.

Странно: плакать совсем не хотелось. Даже наоборот. Из-за темноты, что ли, но ему легче было говорить об этом с Рэем, чем с близкими людьми, включая Кэти.

– Я не хотел идти на компромиссы. Делиться. Жертвовать. Теперь понимаю – это глупо. – Джейми перевел дыхание. – Если любишь, надо от чего-то отказываться.

– Точно, – согласился Рэй.

– Я все испортил. И не знаю, как быть.

– Ты тоже держись, – сказал Рэй.

Джейми смахнул с лица светлячка.

– Глупо… – произнес Рэй.

– Что глупо?

– Я люблю ее. У нее чертовски тяжелый характер, а я все равно люблю ее. Я не умник. Иногда вообще веду себя как идиот. Но я жить без нее не могу.

Как по команде открылась дверь кухни, и появилась Кэти с тарелкой.

– Эй, вы где? – Она осторожно шагнула на траву и тут же на что-то наступила. – Черт! – Наклонилась за упавшей вилкой.

– Мы здесь, – отозвался Джейми.

Кэти подошла к ним.

– Я приготовила ужин. Идите поешьте, а я посижу с Джейкобом.

– Давай тарелку, – попросил Рэй, – я здесь поем.

– Ладно, – не стала возражать Кэти. – Это спагетти болоньезе. Ты точно не хочешь порцию побольше?

– Мне хватит.

Кэти встала на четвереньки и засунула голову в палатку. Подползла к Джейкобу и чмокнула его в щечку.

– Спокойной ночи, малыш.

Поднялась и повернулась к Джейми:

– Пойдем, посидим с мамой.

Джейми встал и похлопал Рэя по плечу. Тот не отреагировал. Джейми пошел по росистой траве к дому.

Кэти чувствовала – за ужином грянет ссора. Напряженность ощущалась даже в воздухе. Слишком много накопилось трудных вопросов: отмена свадьбы, папина болезнь, мама со своим любовником.

– Надеюсь, с папой больше не произойдет никаких несчастных случаев, – вздохнула мама, съев половину спагетти.

На лице ее застыло затравленное выражение. Кэти прекрасно видела: мама считает историю с долотом полной ерундой, но хочет убедиться, что остальные ничего не подозревают. За столом повисло неловкое молчание, нарушаемое лишь стуком приборов.

– А я надеюсь, – разрядил атмосферу Джейми, – что следующий случай произойдет в саду, а не в доме.

Все принужденно засмеялись. Убирая тарелки, мама подняла главный вопрос:

– Так у нас будет свадьба или нет?

– Не знаю, – сквозь зубы процедила Кэти.

– Видишь ли, надо определиться. Мы тебе сочувствуем и все такое, но мне предстоит сделать несколько достаточно неприятных телефонных звонков, и не хотелось бы откладывать это в долгий ящик.

Кэти положила руки на стол, чтобы успокоиться.