Со стороны озера то и дело раздавался громкий плеск. Это водяной Жабень охотился на местных щук. Несколько штук он уже поймал, а одну даже выкинул на берег. Видимо, так он хотел нас отблагодарить за то, что мы приютили его в новом доме. Щука тяжело ворочалась в траве и щелкала зубастой пастью, удивленно тараща глаза.

Красное солнце садилось за верхушки сосен, похожих на мачты кораблей. Над водой плыли клочья белого тумана, словно призраки.

— Валериан Андреевич, вы можете пожить какое-то время в домике лесника, — предложил Николай Сосновский Чахлику.

— А Пётр не будет против? — спросил я.

— Он теперь граф, — улыбнулся Николай, — ему в таком домишке жить не положено, деловые партнеры не поймут.

— А разве не ты с партнерами общаешься? — удивился я. — Мне казалось, что Пётр больше занимается лесом, а деловые вопросы решаешь ты.

— Нет, мы решили всё делать вместе, — серьёзно ответил Сосновский. — Мало ли что. И родительский дом у нас общий. К тому же, Петя сейчас в столице, а Валериану Андреевичу нужно где-то ночевать.

— Благодарю вас, ваше сиятельство! — с лёгкой улыбкой кивнул Чахлик.

Он наклонился к костру и ловко поправил прогоревшие поленья. Пламя вспыхнуло с новой силой и затрещало. В темнеющее небо взлетел фонтан искр.

— Валериан Андреевич, давайте отойдём на минутку, — предложил я, поднимаясь со скамейки.

Чахлик пошёл за мной. Мы отошли к самой воде.

— И как вы собираетесь жить дальше? — спросил я Чахлика.

— Пока не знаю, — с беззаботной улыбкой ответил Валериан Андреевич. — Больше трёхсот лет мы заботились о Страже Магии и думали только об этом.

Он замолчал на секунду, а потом договорил:

— С одной стороны, я пока не знаю, чем заняться. А с другой, понимаю, что могу делать всё, что захочу.

— При первой встрече вы говорили мне, что собираетесь преподавать историю в Магической академии, — напомнил я. — Или это тоже была часть вашей легенды?

— Как ни странно, нет, — рассмеялся Чахлик. — Ректор академии, и правда, принял меня на должность преподавателя. Мне даже магию применять не пришлось. Ну, почти не пришлось.

— Наверное, за свою жизнь вы повидали немало удивительного, — предположил я. — Вам есть чем поделиться со студентами академии.

— Пожалуй, — удивлённо согласился Чахлик. — Вы думаете, мне стоит заняться преподаванием?

— Я думаю, что наш мир потихоньку меняется, — улыбнулся я. — В нём становится больше магии, появляются магические существа. Им становится всё труднее держаться особняком от людей, нужно как-то уживаться. А тут такая хорошая возможность.

— Знаете, вы правы, Александр Васильевич, — кивнул Чахлик. — Мне нужно только восстановить силы.

— До начала учебного года ещё есть время, — заметил я. — А что теперь будет с парком в Магической академии? Ваше магическое пространство окончательно исчезло?

— В том-то и дело, что нет, — улыбнулся Валериан Андреевич. — Вашей магии жизни хватило на то, чтобы уберечь его от полного разрушения. Исчезла только граница. Так что теперь наше магическое пространство стало частью парка, и в него может попасть кто угодно.

— Забавно, — рассмеялся я. — Значит, теперь парк академии внутри больше, чем снаружи.

— Так часто бывает с интересными местами, — кивнул Валериан Андреевич и сменил тему разговора:

— Скажите, Александр Васильевич, вы сможете освободить кладовиков?

— А вы оставили золото в парке? — ответил я вопросом на вопрос.

— Да, — кивнул Чахлик. — Мы сложили его в колодец, как вы и предлагали.

— Тогда я попробую освободить Ведана и его сыновей, — пообещал я. — Если мы вернём золото, то у имперского правосудия не останется к ним претензий.

— Я не вижу у вас магической лампы, — вспомнил Валериан Андреевич. — Могу я спросить, что вы сделали с джинном, который в ней обитал?

— Я отправил его домой, — улыбнулся я. — Вернее, он отправился сам, а я только помог ему найти способ это сделать.

— Хорошо, — улыбнулся Чахлик. — Честно говоря, я тревожился за него. Уверен, что и кладовикам вы сможете помочь.

Я почувствовал, что Валериан Андреевич сказал это не просто из вежливости. Он вложил в свои слова какой-то особый смысл.

— Почему вы так считаете? — заинтересовался я.

— Потому что у вас есть удивительная способность, Александр Васильевич, — рассмеялся Чахлик. — Вы всегда помогаете магии.