На От-Иньяне вспыхнула дикая суета. По тревоге отошёл фрегат; к схватке направили второй, карауливший находку Бена; диспетчеры передавали данные ближайшим батареям; раскрывались пусковые камеры, и звенья выходили одно за другим. Кто мог набиться в кабины слежения – прикипели к экранам, бездыханно наблюдая в онлайне за картинкой, которую больше нигде не увидишь: трое против тридцати, реальное сражение!

Разумеется, нашлись добрые люди, которые позвонили Илоне:

– Как, ты не знаешь? Сокол дерётся с Маяком! Он с Троицей, а у того вся стая. К ним спешат. Успеют ли? Запад-A-1 и B-1 рядом, но пока в бой не вступили…

Илона так сказала про союзников, что приводить неловко. Она не знала, куда бежать, что делать. Ничего! Она стала жарко молиться, и сама не заметила, как расплакалась.

Передний глава с трудом верил в случившееся. Тройка истребителей несколькими манёврами насмерть вышибла пять его машин и одну серьёзно повредила – подранка придётся брать на буксир. Мало того – они сбили развитие лаза, и пока опекунья откроет новый, рядом появится слишком много врагов, чтобы захватить обладатель сахов.

Тройка висела между обладателем и стаей, слив защитные поля. Обзор силовых структур показал, что радужная сфера крепка. Но несокрушимых полей нет!

Команда Богоугодного злила главу, как боль.

– Средоточь вихри на панцире сил. Пробить. Огонь в машины. Обладателя не тронь!

– Стоять насмерть. – Заметив, как соединяются буровые вихри сириан, Влад максимально усилил поле. Багровый индикатор заморгал: «ПРЕДЕЛЬНОЕ НАПРЯЖЕНИЕ!»

Силовой поток ударил в радужную плёнку, заплясал по ней, разливаясь бледно-зелёными сполохами. Хват предостерёг:

– Капитан, поле разрушается. Семь секунд до прорыва. Шесть. Пять…

– Мне синхрон и пушки.

– Четыре.

– Есть, капитан!

– Три.

– …а то зря батареи сажаем.

– Две.

– Разброс пошире и…

– Одна.

Это Сокол умел – угадать миг между открытием поля и шквальным огнём.

Море плазмы хлестнуло навстречу вихрям, разбило им фокусировку, влетело внутрь сомкнутого строя призраков и обожгло пяток передних. Не смертельно, зато поучительно.

Штурм сорвался.

– Вальтер, вымпел-то мы не поставили!

– О!.. Может быть, сейчас не время?

– Надо, Вальтер. Нашли – и метку не пришлёпнули! Ты хочешь премию?

Перед Хонкой грозно стояла туча «топоров» и «линз»; вдали вновь раскручивалось колесо тьмы. Однако, он даже сейчас помнил, что жалование обер-лейтенанта весьма скромное, и прибавка к банковскому счёту будет очень кстати.

– Я согласен с товарищем капитаном, – подал голос Шон, тоже мастер считать деньги. – Это будет честный заработок. Наши приближаются.

Вальтер мгновенно произвёл расчёт и скомандовал Сургуту:

– К катапультированию – товьсь! Приказ – в режиме спас-капсулы сесть на объект и установить знак принадлежности.

– Готов, герр обер-лейтентант, – без колебаний отозвался кибер-рыцарь.

– Пуск!

Кабина дублёра отлетела от «Вектора», включила маневровые движки и заскользила к отсеку гибернации. Окно для вылета из поля ей открыли лишь настолько, чтобы проскочить.

– Противник рядом, – напомнил переднему главе второй в цепи.

Глава молчал. Дело провалено. Его терзали стыд и гнев.

Кто этот умелец, перешедший ему дорогу? Что за диковинное существо – Богоугодный?

– Я должен сразиться с ним один на один.

– У хут су лек ут эт сут, – медленно просипела гравитационная связь.

– Время уходит. Зев готов.

– Я должен. Всем отойти. Закрыть орудия.

Кристалл, только что дрожавший от готовности к атаке, вдруг стал оттягиваться к зеву. Перед Троицей остался один, зависший в неподвижности и посылающий монотонный сигнал:

– Ман га бат. Ман га бат. Ман га бат.

Опознать его труда не составляло. Он даже отключил защитное поле.

– Приглашешь? – шепнул Влад с опасной улыбкой. – Ну, давай.

Два корабля – аспидно-серый и чугунно-серый – двинулись навстречу друг другу, вначале медленно, затем всё быстрее. Влад чётко видел, что орудийные порты Маяка закрыты. Что ж, это по правилам. Такие штуки иной раз проделывают и курсанты, и даже опытные офицеры. Игра в таран. Тут огня не надо. Главное – кто первый отвернёт с линии лобовой атаки.