— Сегодня вечером удача на твоей стороне. — Он вздохнул, сдавая три карты из своей колоды.

— Или, может быть, ты не силен в покере.

Уголок его рта приподнялся.

— Может быть.

— Мы могли бы сыграть в другую игру. Или заняться чем-нибудь другим.

— Чем, например?

Я пожала плечами.

— Не знаю. Я, эм, видела тебя с девушкой раньше. Она могла бы поиграть с нами.

— Ей нужно было идти домой.

Он уставился на меня поверх своих карт.

— Я видел тебя раньше.

— Видел? — Мои щеки вспыхнули.

— Очень яркая футболка.

Отлично, он поймал меня на шпионаже. Не было смысла отрицать это.

— Она твоя девушка?

Уэст пожал плечами.

Это было «да» или «нет»? Я не поняла, что означало это пожатие плечами.

— У тебя есть парень? — спросил он.

— Мне всего тринадцать. Папа говорит, что у меня не может быть парня, пока мне не исполнится тридцать. Но у некоторых девушек из моей футбольной команды есть парни. Им по пятнадцать.

— Ванессе пятнадцать. — Ванесса. Ее звали Ванесса, и ей было пятнадцать.

Странное ощущение в животе вернулось.

И я даже пожалела, что мне не пятнадцать.

Индия

— Ждите звонка от моего адвоката, — сказал Джонатан Ли таким громким голосом, что мне пришлось отвести телефон от уха.

— Вы можете дать ему этот номер. До свидания, мистер Ли.

Вешать трубку было бессмысленно. Он уже закончил разговор.

— Черт. — Опершись локтями о стол, я уронила голову на руки и застонала.

Вот тебе и продуктивное, тихое воскресное утро в кабинете, чтобы разобраться с электронной почтой. Я не только отвечала на звонки с шести, но и не могла бы сосредоточиться даже чтобы спасти свою жизнь. Каждые десять секунд мои мысли возвращались к Уэсту.

О чем, черт возьми, я думала, целуясь с ним прошлой ночью? Как будто между нами не было и так сложных отношений. Может, если я притворюсь, что ничего не произошло, он тоже так сделает.

Я списывала свое полное отсутствие здравого смысла на усталость и шок. Уэст разбудил меня от глубокого сна, чтобы сообщить новость о Джонатане. Затем коснулся моей руки, и мы словно перенеслись в прошлое.

Вернулись к тем временам, когда я ничего так сильно не хотела, как прикосновения Уэста. Когда я бы все отдала за еще один поцелуй.

И я позволила ему поцеловать себя. И, боже, это было так приятно. Я уже и забыла, как приятно чувствовать поцелуй мужчины, который умеет пользоваться своим языком.

У Уэста был такой же вкус. Пряный и мужественный, с оттенком зимней грушанки и мяты. Он все еще возит «Альтоиды» (прим. ред.: Альтоиды — это марка мятных леденцов, продаваемых в основном в фирменных металлических банках) в своем грузовике? Я не могла есть «Альтоиды», не думая о Уэсте и старом потрепанном грузовике.

Что было бы, если бы я нас не остановила? Трахнул бы он меня на том новом диване в «Беартусе»?

Возможно. И я, вероятно, позволила бы ему это.

Но мой мозг включился на долю секунды, достаточную для того, чтобы я нажала на тормоза. И поскольку Уэсту явно нельзя было доверять, я захлопнула дверь у него перед носом и заперла ее на засов.

Что со мной было не так? Почему я не смогла устоять перед этим мужчиной? Последнее, что мне было нужно, так это запутанный роман с Уэстом Хейвеном — моя личная жизнь и так была в руинах.

Больше никаких поцелуев. Я приехала сюда, чтобы выполнить работу для отца, а потом уехать. И я бы не вернулась в Техас. Он больше не был моим домом. Может быть, в следующий раз я перееду в Калифорнию. Или в Нью-Йорк. Или в Париж.

Не то чтобы я любила Париж, но, по крайней мере, мама часто навещала бы меня.

И я была уверена, что никогда не увижу Уэста Хейвена.

Но мечтам о побеге во Францию придется подождать. Я была занята. Сегодня уезжало множество гостей, а завтра прибудет еще куча. Обслуживающему персоналу не помешала бы помощь, а у меня было две свободные руки. Поэтому, как только номера начнут освобождаться, я подключусь.

Но сначала я позвоню своему адвокату и оставлю длинное сообщение о Джонатане Ли. Этот идиот не прочитал контракт в деталях. Частью наших общих условий был испытательный срок, точно такой же, какой я ввела для сотрудников.