Пальцы стучали по толстой столешнице, отбивая весьма своеобразный ритм, случайно появившийся в далёких отделах мозга. Рядом с несколькими пачками лежала дуга слегка изогнутого металлического магазина. В ящике в углу кабинета лежало ещё несколько точно таких же магазинов, а детали оружия, которое должно было принимать в себя такие магазины, сейчас было разложено на большом белом полотенце. Каждая деталь была отлично смазана и ожидала того, чтобы соединиться в единый механизм. Оставалось только собрать его, затолкать в горловину магазина три десятка блестящих латунными гильзами патронов, и оружие будет готовым.

Со стороны оружие выглядело странной смесью из вполне знакомых единиц огнестрела, понатыканных с разных сторон мира. Ствольная коробка, рукоять, кожух ствола, сам ствол и механизм подачи патронов был практически аналогичным великому изобретению оружейника Судаева. Разве что эта модель была значительно короче. Всё также пистолет-пулемёт был собран по большей части из штампованной стали, а из дерева оставались лишь накладки на рукоять, чтобы сделать её хоть немного более удобной, ухватистой, а также рифлёная «пятка» приклада. К тому же был изменён ударно-спусковой механизм. Было известно, по какой причине Судаев старательно удешевлял и упрощал свой продукт в блокадном Ленинграде, но у меня не было никакой причины так сильно экономить, а потому в моей конструкции имелась возможность перевода оружия на одиночный огонь. К тому же добавился иной приклад. Эту часть оригинального оружия сложно было назвать удобной, отчего модель я решил несколько изменить, «позаимствовав» решение у немецкого коллеги. Потому приклад не откидывался сверху, а вытягивался из салазок на манер MP-5.

Оружие вышло удобным, простым, дешёвым и даже прорывным для современного рынка. Большая часть армий Европы, Азии и Америки была вооружена винтовками со скользящим затвором. Это было логично, поскольку подобные системы были относительно просты для освоения, а также позволяли массово вооружить стандартные линейные части. Полуавтоматические механизмы встречались исключительно в пистолетах, которые также были редки, поскольку большая часть офицерского состава предпочитала классические, привычные револьверы.

Свою модель я решил назвать АШС-1 — Автомат Штурмовой Складной модели №1. Собственную фамилию я не решался вставлять в название, посчитав это неправильным, ведь моя модель была ничем иным, как компиляцией других конструкторских решений, лишь собранная в более удобную модель. Примерная себестоимость равнялась пятидесяти рублям, а в сравнительной мере была в два раза дороже привычной для армии винтовки конструкции Мосина, а если учитывать стандартный боезапас с магазинами и запасными патронами, то полный боекомплект к моему автомату выходил в сто тридцать два царских рубля. Сумма по-настоящему феноменальная по нынешним меркам, ведь на эту сумму можно было создать и снабдить патронами уже три винтовки с боекомплектами, что вызывало опасения в массовом переходе войск на мою модель. Хотя на это я и не рассчитывал, прекрасно понимая, что даже с моими ресурсами не получится создать хоть сколько-то конкурентные объёмы производства.

Выпустив из головы цифры, я принялся быстро собирать оружие. Модель была настолько простая и идеально сконструированная, что каждая деталь просто просилась на своё место, а потому меньше чем через минуту, особенно не спеша, я держал в руках готовый автомат. Со стороны он мне уже нравился, а потому я положил оружие немного в стороне и, распечатав картонные упаковки, быстро стал набивать магазин, совершая привычное действие насколько это было возможно быстро.

Подхватив лежащий на столе подсумок с тремя карманами под магазины, а также и сам магазин, я вышел из своего просторного конструкторского убежища. Автомат был опытным образцом, который ещё можно было доработать для массового производства. Было приятно ощущать тяжесть оружия, особенно сконструированного собственными руками. Всё же, какая-никакая заслуга в этом достижении была и у меня.

Внизу, во дворе цеха, меня уже ждал Семён. Казак, покуривая трубку, сейчас прибивал маленькими гвоздиками лист к деревянному щиту. Будущая мишень находилась примерно в пятидесяти метрах от позиции стрелка, а за самим щитом стояла большая гора из наполненных песком мешков. Нужно было как можно лучше защитить себя от возможных рикошетов, ведь цеховая территория была со всех сторон окружена высоким кирпичным забором.

— Закончили, княже? — спросил казак, усаживаясь на деревянный ящик, закончив оборудовать аналог грудной мишени.

— Да.

— И у меня всё готово, — телохранитель с интересом посмотрел на мой автомат. — Я вот, княже, ей-богу, не могу в толк взять, зачем вы такую приблуду изобрели, — без всякой злобы и укора произнёс Семён. — Патронов уйму ест, сами патроны пистолетные, так что дальше пятидесяти шагов стрелять толку нет, стоит как две винтовки. Да и этот ваш «автоматический огонь» кому вообще нужен будет? Если людей сдержать надо, то пулемёт пригодится куда лучше, а новички сдержать отдачу не смогут.

— Ничего ты не понимаешь, Семён, — я отмахнулся, упирая свой автомат в небольшой бруствер, которым мы оборудовали стрелковую позицию. — Винтовки совсем скоро уйдут на вторую роль. Да, они дешёвые для массового вооружения рядового состава, да, стреляют далеко и мощно. К тому же вспомни, как с винтовкой окопы штурмовать или в городах воевать?

— Это не моя специфика, княже. Я человек всё больше конный — мне бы в седло сесть да поскакать по степи с шашкой в одной руке и наганом в другой. Да и когда в последний раз мы на массовой войне сражались? Полсотни лет назад уж точно.