«Какая же она красивая! И какая молоденькая. Совсем ребёнок. Там, в мальчишеской одежде, она выглядела постарше… Ох, надо же ей что-то отвечать!»

– Я… Господин Энтерий разрешил мне смотреть книги.

– С каких это пор Энтерий взялся распоряжаться моими книгами?
– нахмурилась девушка.

– Но… Он не распоряжается. Он просто позволил мне… Я только смотрю, но мне запрещено выносить их из комнаты. И, кончено, я очень аккуратно… - Постой. Твоими книгами? Они точно твои?

– Ну… - Она немного смутилась.
– Были папины. Потом что-то досталось в наследство маме, что-то мне. Книги ей не очень-то интересны. Значит, теперь они точно мои, даже если по закону пока ещё мамины.

– Ты… хочешь сказать, что ты — дочь Тагорского графа?
– пролепетал Жан.

– Ну да. Ты что этого не знал? Откуда ты вообще тут появился?.. Похоже, эта новость сильно тебя огорчила, - констатировала она, разглядывая Жана.

– Если бы ты знала, насколько, - пробормотал Жан на чистом русском языке.
– Получается, ты, - высокородная, графиня, а я в полном пролёте…

– Стой. На каком языке ты это сказал?.. Ты что, иностранец?

«О боже! Я ещё и спалился перед ней как последний лох!»

– Да, - Жан виновато кивнул головой, переходя на меданский.
– Я иностранец.

– То-то мне сразу показалось, что у тебя такой странный акцент. Ты приехал к Энтерию по торговым делам?

– Нет. Я нанялся к нему счетоводом. А он за это позволил мне посмотреть эти… твои книги, - Жан виновато развёл руками.
– Ты меня не прогонишь?.. Мне очень важно разобраться в… - «Боже, как ей это всё объяснить? И надо ли вообще объяснять? Не сделаю ли я так только хуже?.. Хотя, куда уж хуже? Я простой слуга с парой со за душой, а она оказывается… При такой разнице в положении, даже если я тут пополам ради неё разорвусь, она будет смотреть на меня, как на мебель…»

– «Лекарственные травы южного Хальтона», «Осадные машины» Бискариуса, «Житие святой Эйлис в картинках»… Какой странный выбор книг для исследования. А что это за знаки у тебя на цере? Прежде я таких нигде не встречала.

Жан торопливо захлопнул свою церу. Лин обиженно надула губы:

– Опять секрет, да? Как только мне встречается хоть что-то действительно интересное, так сразу оказывается, что это секрет.

«А с другой стороны, что я теряю? Зачем врать, если от правды хуже уже не будет? Буду развлекать её, по мере сил, и любоваться, пока ей самой это не надоест».

– Прости.
– Жан виновато улыбнулся и открыл церу.
– Если хочешь, я могу тебе всё рассказать.

***

– Ну вот что, - Лин хлопнула его по плечу, выслушав жалостную историю о грамотном иностранце, который, как выяснилось, совершенно не понимает местного алфавита.
– Тебе нужна фекумна. Обычная детская фекумна. А без неё ты год будешь разбираться.

– Что за фекумна?
– удивлённо поднял брови Жан.

Лин в ответ только звонко рассмеялась. Потом нагнулась над одним из сундуков. Рукой полезла в разрез платья на груди, вытянула оттуда цепочку с тремя небольшими ключами. Один из этих ключей вставила в замок сундука, провернула его и откинула крышку. В сундуке оказались не только книги, но и детские игрушки. Деревянная лошадка, тряпичные куклы, игрушечный столик для кукол, аккуратно вырезанный деревянный меч. Впрочем, Жан, к своему стыду, больше смотрел не в сундук, а на ноги и попу нагнувшейся над сундуком девочки. Они со всей отчётливостью проступали сейчас сквозь натянувшееся тонкое платье.

«А вдруг она глупа или капризна? И главное, она никогда, никогда не будет считать меня за человека… А ещё она малолетка. На Земле меня за такую связь мигом обвинили бы в педофилии…»

– Вот. Я учила фекумну по этой книжке. Тут крупные буквы. Показаны все основные шрифты. А ещё тут чудесные картинки. Держи… Можешь даже уносить её отсюда. Если спросят — скажешь, что я разрешила. Только читай осторожно — ничего не повреди. Эту фекумну папа мне подарил, когда мне исполнилось шесть лет, так что она-то точно моя.

Взяв книгу в руки, Жан открыл её и заулыбался. «Ф, Е, К, У, М, Н, А» — это были первые по порядку буквы меданского алфавита. Каждый разворот книги был посвящен одной букве. Красивые цветные картинки. Короткие слова и фразы с ярко выделенной изучаемой буквой. Крупные символы. Подробная прорисовка всех вариантов написания буквы:

– Азбука… Самая настоящая детская азбука, только рукописная… - пробормотал он на русском, но тут же снова перешел на меданский: - Прости, я…

– Какой удивительный язык, - Лин чуть склонила голову набок.
– Вот что! Я помогла тебе с фекумной, а ты за это подробно расскажешь мне о своей стране, и о том, как ты сюда, к нам, попал.

– Ну, это долгая история и к тому же… - «к тому же, если я расскажу тебе чистую правду, ты примешь меня за сумасшедшего, или за бессовестного лгуна».

– А ты здесь надолго?

– Надеюсь, надолго. Но… У меня есть одна просьба. Никому не рассказывай, что я иностранец. Если я увижу, что ты умеешь держать язык за зубами, тогда, постепенно, всё тебе расскажу.

– Значит, то, что ты иностранец, это такой секрет?
– хитро прищурилась Лин.

– Угу, - кивнул Жан.
– Все считают, что я сын одного местного крестьянина, виноградаря. И я не хочу никого разубеждать. Я… Спаси тебя Трис, ты очень мне помогла этой книгой. Теперь мне нет нужды изучать все эти тома, - Жан принялся закрывать и складывать в стопку разложенные на столе книги с картинками.
– Сперва выучу вашу фекумну, а потом сам спокойно прочту тут все книги.