Лифт снова закрывается.

Я едва успеваю вдохнуть, прежде чем Авдеев разворачивает меня к себе, вынуждает задрать голову, чтобы встретиться с его взглядом.

Движение резкое, в открытую наглое, но настолько уверенное, что превращает в пыль малейший протест.

— Ва…дим, — дроблю его имя, потому что впервые произношу вслух настолько же неформально, насколько он только что сократил расстояние между нами до отрицательной величины.

Его губы накрывают мои с таким напором, что я забываю, как дышать.

Горячо, бескомпромиссно.

Он сразу забирает весь контроль, не давая ни секунды на сомнения. Одна его рука жестко прижимает меня к себе, но вторую он все так же расслаблено держит в кармане брюк. Я могу отвернуться, отойти, даже врезать ему от души — на все это у меня достаточно «воздуха».

Но, очевидно, недостаточно желания.

Черт.

Как же он целуется…

Берет мои губы, чуть прикусывает, двигает уголки ртом, вынуждая меня раскрываться глубже.

Я чувствую его силу и запах — все та же гремучая смесь чего-то лавандового и кожаного, перемешанного с его собственным теплом. Авдеев абсолютно доминирует в моменте, полностью захватывая меня этим поцелуем, не оставляя ни единого шанса на отступление, хотя мои пальцы все-таки цепляются в запястье той его руки, которую он до сих пор не пустил в ходу. Кажется, и не собирался, потому что в ответ на это движение самодовольно ухмыляется в мои губы, легко проводит языком по нижней и буквально достает из меня новый «да, блядь!» стон.

Я теряю почву под ногами, и если бы не его рука на моей спине — уже просто стекала бы по нему вниз как растаявшая карамель. Моя ладонь рефлекторно сжимает мужское предплечье — настолько твердое, что кажется каменным.

Контраст между нашими телами поражает еще сильнее: я слишком маленькая по сравнению с ним.

Но это ужасно заводит.

Подстегивает воображение дорисовывать и…

Его язык вторгается в мой рот, требовательно, уверенно, вызывая всхлип, который я не успеваю сдержать. Толкается. Очерчивает свои новые владения. Снова толкается, заставляя распахнуть губы шире. Наращивает темп, теперь уже слишком очевидно… похоже.

Господи, да…

Вот так.

Даже если бы по какой-то чертовой причине я хотела ему не ответить, то все равно не смогла бы этого сделать. Но я даже не пытаюсь. Сама подаюсь навстречу, позволяя ему брать больше и все, что он хочет. Капризно крепче сжимаю ладонь на его запястье, потому что хочу на себе обе руки. В ответ его пальцы на мгновение сильнее впиваются в мою талию, прижимая меня еще плотнее. Я чувствую, как мужское дыхание становится чуточку тяжелее, и меня прошибает волной триумфа от понимания того, что это я так на него действую.

Лифт резко останавливается, и звуковой сигнал возвращает меня в реальность.

Авдеев отстраняется, но не отпускает.

И вместе с осознанием того, что у нас всего пара секунд, чтобы отодвинуться друг от друга, приходит понимание — он контролирует даже этот момент. Потому что пока я пытаюсь вдохнуть хотя бы на половину легких, он лениво проводит большим пальцем по моей нижней губе. Никуда совершенно не торопясь.

Вопрос: «Какого черта?!» наверняка слишком громко читается на моем лице, потому что Авдеев, слегка растягивая приправленные насмешкой слова, объясняет:

— Хотел убедиться, что не поспешил с бронью стола.

Ах ты… мудак!

Авдеев резко, с нажимом впечатывает мне в губы последний поцелуй, двери лифта открываются, и он отступает, словно ничего не произошло.

Собранный, уже «вооруженный» телефоном, который — я только сейчас это осознаю — весь наш поцелуй настойчиво зудел у него в кармане.

Рядом с лифтом несколько сотрудников — они расступаются, как будто боятся попасть под раздачу за все прошлые грехи.

Но мне плевать.

— Будут какие-то замечания, Вадим Александрович? — ему в спину, даже не стараясь скрыть издевку и намек на личное.

Он уже приложил телефон к уху.

Но все равно слегка дергает головой в мою сторону, демонстрируя свой идеальный профиль.

Смазанная улыбка на губах, которые я все еще чертовски остро ощущаю на своих.

— Очевидно, абсолютно никаких, Кристина Сергеевна.

Самодовольный ублюдок.

В телефоне уже около десятка сообщений вот Вики.

Изучаю ее имя в строке отправителя, верчу в голове нашу сегодняшнюю встречу. Бросаю взгляд на часы — до нее еще два часа, но я почти уверен, что Виктория снова оседлала свою любимую лошадку под названием «давай сделаем вид, что это тебе — нужнее всех».

Точнее, я не почти, а абсолютно уверен.

Захожу в кабинет, прошу секретаршу сделать кофе.

У меня встреча с юристом по недвижимости, до нее еще пара минут.