— Значит, я не умру, — говорю я увереннее, чем ощущаю себя. — Мне нужно это сделать. А если я умру, то сделай из меня мученицу.

— Мученица, Пэйдин? — в его смехе нет ни капли юмора. — Ты вообще себя слышишь? Какая-то часть тебя уже сдалась, даже не дойдя до начала.

— Я не сдаюсь, а стараюсь быть реалисткой. — Мои слова звучат отрывисто. Я ошеломлена тем, как внезапно накалился этот разговор. — Я могу умереть…

Он сокращает расстояние между нами, прижимая грубые ладони к моим щекам.

— Так что черт бы побрал эти Испытания. Пэй, позволь мне заставить каждого человека в этом королевстве встать перед тобой на колени.

— Сейчас это касается не только меня. — Я качаю головой в его объятиях. — Я должна это сделать.

Его мокрые от дождя руки соскальзывают с моего лица.

— Точно так же, как ты должна выйти замуж за Китта?

Эти слова задевают меня за живое, словно мы деремся на кулаках. Мне больно от этого взгляда в его глазах. Взгляда, который умоляет о другом, более счастливом конце нашей истории.

— Да, — шепчу я. — Точно так же, как я должна выйти замуж за Китта.

Он делает медленный, успокаивающий вдох. Я наблюдаю, как к нему возвращается его ускользающее самообладание. Следующие его слова звучат резко, с нотками поражения в голосе:

— Отлично. Похоже, ты уже решила свою судьбу. И меня в ней нет.

— Но я хочу, чтобы ты был в ней, — выдавливаю я из себя. — Нам просто нужно быть осторожными. Китт не должен видеть нас вместе. Это… это только все усложнит.

— Верно, — он слегка напрягается. — Мы должны притворяться.

— И если я хочу пережить это, мне следует тренироваться, — быстро добавляю я.

Кай делает шаг назад, качая головой. Это движение пугает меня больше, чем как, если бы он замахивался на меня мечом.

— Если ты хочешь, чтобы я дрался с тобой, то я не буду, Пэйдин. На том маковом поле я поклялся тебе, что больше никогда этого не сделаю. Что когда я прикоснусь к тебе, это будет только ласка. — Капли дождя падают с его ресниц, но он не смеет моргнуть, когда бормочет: — И я планирую сдержать эту клятву.

Между нами проходит долгое мгновение, в течение которого я пытаюсь понять, насколько сильно он заботится обо мне. И никогда еще я не чувствовала себя так хорошо, как тогда, когда поклялась никогда больше не сражаться с Силовиком. Поэтому я улыбаюсь ему, и капля воды скатывается по носу, когда я пытаюсь поддразнить его.

— Если тебе надоело, что тебе надирают задницу, просто скажи это.

Уголок его губ неохотно приподнимается.

— О, ты правда так считаешь?

— Скажем так, я это чувствую, — я наклоняюсь к нему и шепчу: — Я в некотором роде Экстрасенс.

Последнее, что я вижу, — это как он качает головой, прежде чем мир переворачивается с ног на голову. Я взвизгиваю, когда он перекидывает меня через плечо так, что свисают волосы, а лицо обращено к залитому грязью кругу.

— Ты почувствовала, что это произойдет, Маленький Экстрасенс? — спрашивает он через плечо, на которое закинул меня. Я невольно смеюсь, покачиваясь всем телом при каждом его шаге.

— Куда ты меня несешь? — я задыхаюсь и изо всех сил хватаюсь за пояс его брюк.

Он молчит несколько шагов.

— Туда, где даже будущее не сможет нас найти.

Я грустно улыбаюсь.

— Ива?

— Ива.

Глава тринадцатая

Пэйдин

— Итак, каким образом это случилось снова?

Я поднимаю взгляд c места, где сижу на краю кровати, пытаясь изо всех сил натянуть туфли на ноги. Она пристально смотрит на дверь, лежащую на полу, и прядь винно-красных волос падает ей на глаза. И когда скептичный взор ее медовых глаз поднимается на меня, тонкие брови вопросительно изгибаются.

— Это была… — Я лихорадочно пытаюсь подобрать хоть какую-то убедительную формулировку. — Экстренная ситуация. В каком-то роде.

— Понятно, — задумчиво отвечает она, положив руку на пояс с инструментами. — Что ж, дверь будет снова на петлях к тому моменту, как ты вернешься с ужина.

Я с облегчением улыбаюсь.

— Спасибо, Энди.

Элли снует по комнате за моей спиной, собирая разбросанную одежду, которая валяется на полу. Нам потребовалось невыносимо много времени, чтобы выбрать наряд для ужина с королем. По правде говоря, мое чрезмерное волнение было причиной того, что я замешкалась, придирчиво оценивая свой внешний вид.