– Покажи мне, что внутри.

Она кивнула, не в силах вымолвить ни слова, опасаясь разрыдаться. Ей хотелось, чтобы Трумэн остался, хотелось, чтобы он ушел… противоречивые чувства разрывали ее пополам.

Просто смирись. На один вечер.

Мерси повернулась:

– За мной.

Она схватила висящий на перилах легкий свитер и поднялась по ступенькам на веранду с заднего крыльца домика. Затем попыталась просунуть руки в перекрученный свитер. Трумэн подхватил горловину и рукав, помогая надеть. От прикосновения его теплых рук по плечу пробежала дрожь. И это ощущение не желало проходить.

– Добро пожаловать в мое безумие, – Мерси взмахнула рукой.

Ее убежище оказалось небольшим, зато хорошо оборудованным. В двухэтажном домике было холодно, хотя в громадном каменном очаге размещалась дровяная печка. Интересно, у нее есть запасной источник тепла? Очевидно, Мерси не собиралась утруждать себя топкой, заскакивая сюда вечерами всего на несколько часов. Стены домика деревянные, но хорошо утепленные, влагостойкие. Трумэн догадался об этом по изменившейся акустике их голосов. Дом выглядел очень прочным. Все окна завешаны плотными шторами.

Я впечатлен.

Мерси заметила, что Трумэн смотрит на шторы.

– Чтобы никто не заметил ночью свет внутри.

– Днем ты их убираешь, да?

Высокие потолки, большие окна, маленький чердак на втором этаже. Наверное, когда через окна внутрь струятся солнечный свет и тепло, здесь совсем как в раю.

– Только когда остаюсь здесь. Обычно оставляю все окна зашторенными. Не хочу, чтобы люди глазели в мое отсутствие.

– Сомневаюсь, что кто-то наткнется на этот дом.

– Предосторожность никогда не помешает.

– Установила сигнализацию?

– Да. Если кто-то проникнет внутрь, мне на телефон придет сообщение. Хотя, находясь в Портленде, я мало что смогу сделать в случае взлома. Мои соседи иногда присматривают за домом, но они уже пожилые.

– Если что, позвони мне. Приеду и проверю.

Он говорил серьезно. Мерси казалась ошеломленной.

– Спасибо.

Трумэн нахмурился, увидев изумление на ее лице.

– У тебя же есть здесь друзья, почему ты этим не пользуешься?

Ему не нравилась мысль, что она остается в домике в полном одиночестве. Не сомневаюсь: если что случится, она справится с чрезвычайной ситуацией гораздо лучше меня.

Мерси проглотила комок в горле и прошептала:

– До этой недели у меня не было здесь друзей.

– Родные знают про это место?

– Нет.

– Но ведь один из столпов философии выживальщика – окружить себя людьми, способными помочь, разве не так? В обмен на твою помощь. Правда, мой дядя не разделял этих убеждений: в основном он бесил людей, а не заводил друзей.

– Некоторые предпочитают уединение. Полагаются только на себя. Возможно, твой дядя был из их числа.

– А ты?

Мерси сделала паузу.

– У меня особо нет выбора.

– У тебя всегда есть выбор. Недалеко находится город, жители которого постепенно узнают, какой ты замечательный человек. И твои родные, полагаю, тоже.

Я что – пытаюсь убедить ее проводить здесь больше времени?

– Я не собираюсь вызывать среди них распри.

– Распри в семье? Как ты можешь их вызвать?

– Это нетрудно. Однажды они уже чуть не разругались из-за меня.

Мерси захлопнула рот. Трумэн понял, что у нее вырвалось лишнее.

Он не стал давить и огляделся по сторонам.

– Это что – швейная машинка?

Она выглядела как обычный маленький столик с несколькими ящичками, хотя внизу виднелась чугунная педаль, напомнившая Дейли машинку его бабушки. На столике – ноутбук, на экране открыт сайт с прогнозом погоды.

– Да. Машинка спрятана внутри. Электричество не нужно, управляется через педаль.

– Какой пережиток древности…

– Очень полезный пережиток.

– Ощущение, что я угодил в девятнадцатый век. А стиральная доска у тебя есть?

Ее брови сошлись на переносице.

– Нет, – ответила Мерси ледяным тоном.

Трумэн наслаждался ее язвительной реакцией, все больше восхищаясь. Она не сумасшедшая – она умная. И находчивая.

– А приспособления для консервирования?

– Разумеется. Предвосхищая другие вопросы: есть солнечные батареи, хирургические инструменты, самотечная система водоснабжения и теплица.