Ошибка номер один.

Или ты открыла дверь знакомому человеку?

Дом выглядел как обычно, не считая кухни. По полу разбросаны красновато-коричневые картофелины; некоторые очищены, некоторые нет. Среди них разбитая вдребезги стеклянная миска. Мерси заглянула в раковину: дно покрыто кожурой. В коричневом месиве валяется брошенная овощечистка.

Сколько раз я чистила картошку на этой кухне?

Она взглянула на родителей, которые держались подальше от полицейских, и с радостью отметила, что отец держит мать за руку.

Некоторые хорошие вещи не меняются.

Мерси осторожно прошла по напольной плитке. Пятна крови указывали, где произошла драка. Она присела на корточки, чтобы рассмотреть поближе, и заметила на полу маленький нож для чистки овощей, почти незаметный за плитой. Мерси ткнула пальцем, и Ройс кивнул, нацелив на ножик фотоаппарат. Полицейский делал снимки с того самого момента, как они вошли, – с таким усердием, что Мерси было не к чему придраться.

Цепочка из пятен крови вела в прихожую, но вскоре прервалась, не оставляя никаких намеков, куда делся кровавый след. Мерси пошла по коридору, изучая с помощью фонарика пол и стены в поисках новых пятен. Она осветила туалетную комнату рядом с входной дверью и замерла: ее сердце ухнуло.

– Мам?

Подошла мать. За ней Трумэн, Эдди и отец.

– Зеркало в туалете было разбито?

Мать машинально потянулась к выключателю, но дочь перехватила ее руку:

– Не трогай.

Мерси сделала шаг назад, чтобы не закрывать обзор, и включила фонарик. Над заполненной осколками зеркала раковиной висела маленькая пустая рама.

– О нет. Роуз!

Мерси схватила мать за руку: ее колени подогнулись. Отец протолкался в маленькую комнатку, обнял жену и, стиснув зубы, молча уставился на зеркальную мешанину в раковине.

Они вспомнили.

Трумэн чертыхнулся.

– Надо осмотреть ранчо. Ройс?

Подошел полицейский.

– Позови Лукаса. Понадобится помощь. Вели ему связаться с Джеффом Гаррисоном из отделения ФБР в Бенде и передать, что у нас появилось новое дело, связанное с убийствами выживальщиков.

Часом позже обыск на ранчо не выявил никаких следов Роуз.

Тошнота сдавливала горло Мерси с тех пор, как она приехала в родительский дом. Дважды Трумэн интересовался, не хочет ли она уйти. Когда она впервые увидела кровь на кухне, мысль о том, что Роуз похищена убийцей выживальщиков, попыталась постучаться в мозг. Мерси отогнала ее, требуя доказательств. Но едва агент Килпатрик увидела разбитое зеркало, реальность захлестнула ее и заглушила сомнения.

Она у него.

Кто он?

Он следил за Мерси до ее убежища. Как минимум раз, а может, и дважды. Проколол ей шины. Зачем?

Доказательств у Мерси не было, однако она способна сложить два и два.

Но почему Роуз?

Трумэн быстро собрал следственную группу. Округ Дешутс прислал нескольких помощников шерифа, чтобы вместе они обыскали все ранчо. Вдобавок прибыл Джефф из Бенда в компании еще одного агента.

Помощников предостаточно.

Мерси сидела с родителями в отцовском кабинете. С той ночи, когда на них с Роуз напали, кое-что изменилось: мебель переставили, а ковер заменили. Но она все еще замечала отголоски того старого нападения. Или, может быть, нового нападения.

– В последнее время никто не бродил неподалеку? – спросила она родителей.

Сосредоточься на том, чтобы задавать грамотные вопросы.

Мерси не могла расслабиться, сидя напротив отца и матери. В ее душе бурлили эмоции.

Сосредоточься.

– Из незнакомых – никто, – ответил отец. – К нам приходит много народу, однако никаких нежданных гостей не было.

– Карл, можете составить список всех, кто заходил сюда за последнюю неделю? – попросил Трумэн.

Отец кивнул, вытащил лист бумаги из стопки на столе и начал писать.

– Роуз не говорила о чем-то необычном? – спросила Мерси. – У нее не было ощущения, что за ней следят?

Сама она ощущала на себе взгляд Трумэна.

Родители переглянулись и покачали головами.

– В среду она попросила меня отвести ее на ранчо Бевинсов. Я подумал, что это странное предложение, – добавил Карл.

– И что она там делала? – по спине Мерси пробежал холодок.

– Ничего. Я отказался, – заявил отец; в его глазах появилось знакомое упрямство. – Она хотела порекомендовать свою подготовительную школу каким-то работягам. Я ответил, что не повезу ее попрошайничать на его территории.

Дебора Килпатрик дотронулась до ноги мужа.

– Это не попрошайничество. Ей искренне хотелось, чтобы дети работников получили должную подготовку перед школой, как все остальные дети.