— Мне жаль. Я ничего не могу с собой поделать. У тебя такое замечательное лицо!

Я резко выдыхаю и закрываю глаза. Он целует меня в шею, зарываясь носом в мои волосы, и шепчет: — Итак, о моей семье.

Я распахиваю глаза.

— Да?

— Я хочу, чтобы ты с ними познакомилась. Скоро свадьба Коула. Ты будешь моим плюс один. — Он поднимает голову, чтобы увидеть мою реакцию. — Что скажешь?

— Ты хочешь, чтобы я познакомилась с твоей семьей, которая может быть, а может и не быть мафиози?

Картер закатывает глаза.

— Они не состоят в мафии.

— Да, ты продолжаешь это повторять, но почему-то это звучит так, будто они с ней связаны.

— Мы хорошие парни, ясно? Я имею в виду, я не должен ничего знать об этом, и мои братья и папа думают, что я ничего об этом не знаю, но, когда тебя никто не слушает, потому что ты ребенок, ты можешь многому научиться.

— Например, чему?

Он на мгновение задумывается.

— Считай нас филантропами. Но строго неофициально.

— Ты ходишь вокруг да около.

— Ты поможете мне обставить пентхаус?

— Ты пытаешься сменить тему.

— Извините, просто у меня СДВГ. О чем мы говорили?

— Мафия!

— Верно. Мы не состоим в мафии.

Не уверенная, верю ли я ему, я снова закрываю глаза.

— Хорошо.

— Послушай, если бы мы были плохими парнями, об этом бы писала вся пресса.

— Пресса принадлежит вам!

— Не вся. Например, мы не владеем компанией TriCast. И вы, ребята, никогда не публиковали о нас плохих историй. О, это напомнило мне кое-что. Куда мы поедем в наш медовый месяц? Как тебе Аруба? Я действительно люблю белый песчаный пляж.

Когда я издаю стон, Картер снова заливается смехом. Затем целует меня, обхватывая мое лицо руками и прижимаясь бедрами к моим, чтобы я могла почувствовать его возбужденный член.

— Ладно, хватит болтать. — Его голос понижается до рычания. — Пора полизать твою киску.

— Нет. Я не собираюсь заниматься с тобой сексом, когда моя дочь спит в соседней комнате.

— Технически, оральный секс – это не секс.

— В самом деле? Слово «секс» есть прямо в описании.

— Ты знаешь, что я имею в виду.

— Да, я понимаю, и ответ по-прежнему отрицательный.

Он перекатывается с меня на спину и театрально вздыхает, глядя в потолок. Я переворачиваюсь на бок и приподнимаюсь на локте, чтобы посмотреть на него.

— Ты действительно хочешь, чтобы я пошла с тобой на свадьбу твоего брата?

— Да.

— Я проигнорирую то, что ты говорил в точности как моя четырнадцатилетняя дочь, и перейду к той части, когда я скажу, что не уверена, что это такая уж хорошая идея.

Картер поворачивает голову и смотрит на меня, нахмурив брови.

— Почему бы, черт возьми, и нет?

— Наши отношения еще только начинаются.

— Это твой способ сказать, что ты не уверена, хочешь ли ты продолжать встречаться со мной?

— Нет, Картер, вовсе нет. Я действительно хочу продолжать видеться с тобой.

Когда он с сомнением смотрит на меня, я глажу его по лицу.

— Только потому, что я не позволяю тебе овладеть мной прямо сейчас, не значит, что я больше не хочу тебя видеть.

— Это кажется довольно хорошим показателем.

— Не будь таким сложным. И не дуйся. Это слишком мило.

Картер закрывает глаза и вздыхает.

— Снова чертовски мило. Я не могу дождаться, когда стану на десять лет старше и смогу быть суровым и мужественным, а не милым.

Это заставляет меня улыбнуться.

— Я постараюсь больше не употреблять это слово, раз оно такое оскорбительное для тебя. — Я становлюсь серьезнее, когда думаю о Нике и его угрозе забрать у меня Харлоу.

Мгновение спустя, положив пальцы мне на подбородок, Картер поворачивает мое лицо к себе.

— О чем ты задумалась?

Удивительно, как чутко он реагирует на мои эмоциональные колебания, словно барометр, показывающий изменения в атмосфере.

— Сегодня вечером я мило поболтала со своим бывшим.

Его голос становится более резким.

— И под мило ты подразумеваешь…?

— Он сказал, что я никудышная мать и угрожал забрать у меня Харлоу.

Встревоженный, Картер резко выпрямляется и смотрит на меня сверху вниз.

— Потому что ты со мной?

— Потому что он засранец.