На рассвете Виолета добралась до дома 23 по улице Валье-де-Тобалина. Она припарковала машину Моники неподалеку, дождалась, пока из ворот выедет BMW Бельтрана, и последовала за ним до Национальной коллегии. Судья весь день пробыл в здании, даже на обед не выходил. Теперь время близилось к семи, и Виолета покинула свой наблюдательный пост: пора занять место на выезде с подземной парковки, чтобы не пропустить машину жертвы.

Наверное, стоило сменить автомобиль, но ей не представилась возможность украсть ключи, поэтому она вернулась в «ибицу» Моники, припаркованную на улице Сурбано. Многие улицы были перекрыты из-за дорожных работ, и ей пришлось ездить кругами. Она уже забеспокоилась, что приедет на улицу Маркес-де-ла-Энсенада, к выезду с парковки, слишком поздно, но ей повезло: BMW показался из-под земли без десяти восемь, через несколько минут после того, как она заняла свой наблюдательный пост. Виолета последовала за автомобилем Бельтрана и на улице Хенова поравнялась с ним на светофоре. Тогда она впервые увидела отца Зенона — тот оказался старше, чем она ожидала, и выглядел утомленным. Правую щеку закрывала повязка — видимо, ударился обо что-то. Лысый, c глазами навыкате и двойным подбородком — неужели когда-нибудь Зенон стал бы похож на него?

Судья заехал на парковку на площади Испании, Виолета заняла соседнее место. Бельтран достал из багажника спортивную сумку и быстро поднялся по лестнице — несмотря на возраст, он явно был в хорошей форме. Виолета последовала за ним, медленнее, чем хотела бы: сумка-холодильник с сыном была тяжелой и сковывала движения. Она вышла на площадь как раз вовремя, чтобы заметить, как судья удаляется по улице Сан-Леонардо. Он направился к роскошному спортзалу с огромными окнами. Дойдя до него, Виолета увидела Бельтрана на первом этаже на беговой дорожке.

Девушка вошла в зал. Она боялась, что на ресепшен ее остановят, и выдумала правдоподобный предлог, но ее никто ни о чем не спросил. В зале тренировалось много народа. У Виолеты не было четкого плана, но вскоре удача снова улыбнулась ей. Судья перешел с одного тренажера на другой, оставив около первого красную алюминиевую бутылку с водой и полотенце. Виолета быстро подошла к его вещам и, беспокойно оглядываясь, капнула в бутылку несколько капель скополамина. Теперь ей оставалось только ждать. Десять минут спустя Бельтран слез с велотренажера, взял бутылку и сделал большой глоток. Виолета вышла на улицу. После тренировки судья наверняка пойдет в душ, но скополамин начинает действовать не сразу, так что все складывалось наилучшим образом.

Судья покинул зал раньше, чем она ожидала. К счастью, он был один и направлялся обратно к парковке. Встреча с друзьями сейчас была бы совсем некстати. Бельтран шел еле-еле, видимо, уже чувствуя недомогание. Он оперся на паркомат, оплатил парковку и, пошатываясь, направился к своему BMW. Когда Виолета приблизилась к нему, Бельтран шарил в кармане в поисках ключей.

— С вами все в порядке?

— Не понимаю, что со мной. Голова кружится…

— Присядьте!

Поблагодарив девушку с приятным акцентом, судья Бельтран пошел за ней к машине. Девушка открыла дверь и помогла ему забраться на сиденье рядом с водительским. Им овладел странный ступор; он словно выпал из реальности и не понимал, действительно ли девушка пристегнула его ремнем безопасности или это ему только кажется. Он услышал, как хлопнула дверца; девушка что-то сказала, но он не мог разобрать слов. Глаза слипались. До него донесся гул мотора. Последнее, что он запомнил, — улыбка девушки. Она показалась ему слишком счастливой.

Несмотря на поздний час — было почти десять вечера, — Мария Долорес, жена судьи Бельтрана, встретила полицейских в черном платье и жемчужном ожерелье. Она была надушена, накрашена — и охвачена паникой, по мнению Элены, совершенно необоснованной: почему небольшое опоздание мужа непременно должно было свидетельствовать о несчастье?

— Нет, это ненормально, он должен был уже вернуться. Мы собирались идти в ресторан, сегодня у нас годовщина свадьбы. Я звонила сто раз, он не отвечает.

Элена вошла в гостиную; на столе стояла большая круглая лампа, стену украшала репродукция пейзажа Сёра. Вскоре Мария узнает о тайной жизни супруга: о его отношениях с Моникой, о ребенке, которого он не хотел, и о чудовищном выходе из затруднения, который он придумал, наняв Бласа Герини. Но сейчас Элене не хотелось посвящать несчастную женщину в эти ужасы.

— В котором часу вы в последний раз с ним разговаривали?

— Он вышел из суда, сказал, что заедет в спортзал и вернется в половине десятого. С тех пор — ничего, я звонила много раз. С ним точно что-то случилось. Игнасио очень пунктуален, он всегда предупреждает, если задерживается.

На полке в столовой Элена заметила фотографию — Бельтран, Мария, а рядом две молодые пары. Возможно, кто-то из этих молодых людей — дети судьи.

— В какой спортзал он ходит?

— Около площади Испании, на улице Сан-Леонардо.

— Вы можете назвать модель и номер его автомобиля?

Элена попросила Ордуньо проверить, стоит ли машина на парковке спортзала, а заодно поискать на камерах парковки Виолету. Супруга Бельтрана сидела на диване, нервно теребя жемчужное ожерелье.

— Я сто раз просила его быть осторожнее, а он не слушал. Отказывался от охраны. На его-то должности, при такой работе! Вы знаете, что ему угрожали по телефону? Вам сообщили?

— Когда?

— В прошлом году, а он все равно ни в какую… Говорил, если за ним будет везде ходить охранник, он лишится свободы.

Элена понимала, что для Бельтрана свобода означала возможность встречаться с Моникой, а до нее — с другими женщинами. Со стены прихожей на нее смотрел Хосемария Эскрива; над головой основателя «Опус Деи» сиял нимб. Элена осмотрела особняк снаружи. На фасаде и воротах были установлены камеры.

— Ордуньо, попроси у нее записи с этих камер. Если повезет, на них будет Виолета.