— Будь осторожен. Позволишь мне взглянуть на тот клык?

— Конечно, идём, — сказал я, и мы отправились в хранилище моего отца.

Пока мы шли, я сказал Кретову:

— Когда я вчера летел в самолёте, то видел дракона.

— Должно быть, ты задремал и тебе приснилось, — фыркнул Дмитрий. — Драконов не существует. Легенды о столь древних существах ходят, но ни один провидец никогда их не видел.

— А я видел. Он несколько минут летел рядом с самолётом.

Наставник покосился на меня и проворчал:

— Уж прости, но слабо верится. Может, ты принял за дракона какое-нибудь другое летающее существо? Высоко в небе обитают духи, которых не встретишь на земле.

— Дмитрий, я знаю, что видел. Это был дракон, — уверенно сказал я.

— Ладно, ладно. Не буду тебя разубеждать, — проворчал Кретов, но по нему было видно, что он так и не поверил мне.

Я открыл хранилище и сразу увидел кулон, найденный вчера в подземелье. В эфирном зрении он выглядел как шар беспросветной тьмы, покрытый затейливыми узорами.

Дмитрий даже выругался, когда увидел его.

— Эта штука, — он ткнул в кулон пальцем, — очень опасна. Её надо уничтожить, но…

Не убирая палец, он проследил взглядом от клыка куда-то в сторону и недовольно поморщился.

— Но она, похоже, связана с твоим братом. Нить очень слабая, даже я её еле вижу. Возможно, если расстояние будет меньше, связь усилится. Только я бы не рекомендовал этого делать.

— То есть он подцепил проклятие именно от этого артефакта? — уточнил я.

— Похоже на то. И если уничтожить клык сейчас, это может причинить вред Сергею. Прости, Григорий, — Кретов покачал головой. — Как я и сказал, тебе придётся обратиться в Конгрегацию.

— Нет проблем, займусь этим сегодня же.

— Позвони прямо сейчас, назначь визит. А потом мы с тобой должны съездить к Василию Лужкову. Нам надо раскрыть дело до конца месяца, помнишь?

— Помню, конечно. Подожди меня в столовой, перекуси. Пирожки просто отменные, — сказал я, закрывая дверь в хранилище.

— Так и быть, не откажусь. Сто лет домашнюю выпечку не ел, — кивнул Дмитрий.

Я открыл на телефоне электронное письмо, которое прислала мне та девушка из Конгрегации. Не стал читать, что там было написано, а сразу пролистал до конца и нашёл контактный телефон.

Противно, что приходится самому им звонить. Это однозначно воспримут как слабость. Или, по крайней мере, решат, что я готов к диалогу.

Но ради спасения Сергея придётся сделать этот шаг.

— Здравствуйте, Григорий Александрович, — в трубке раздался уже знакомый мелодичный голосок.

Надо же, они определили мой номер. Впрочем, ничего удивительного.

— Здравствуйте. Мне нужно встретиться с великим магистром, и как можно скорее. Этот вопрос не касается вашего письма, речь о могущественном тёмном артефакте, который я обнаружил.

— К сожалению, Артур Олегович сегодня занят. Полагаю, он сможет встретиться с вами не раньше следующей недели, — отрапортовала девушка.

Ну да, конечно… Собеседница даже не обратила внимания на мои слова. Полагаю, великий магистр просто велел заставить меня ждать, если сам позвоню. Это месть за то, что в первый раз я отказался от встречи.

Ожидаемо.

— Вы меня хорошо расслышали? — с нажимом спросил я. — Обнаружен очень сильный тёмный артефакт, который способен накладывать на людей проклятия. Организуйте мне встречу сегодня.

— Я вас поняла, Григорий Александрович, постараюсь…

— Не надо стараться. Я должен встретиться с магистром сегодня до конца дня. Жду звонка, — сказал я и повесил трубку.

Надеюсь, что великий магистр всё же не дурак и поймёт, что дело серьёзное. Как бы там ни было, он в любом случае хочет со мной встретиться. Конгрегация провидцев всё ещё намерена заполучить меня, это я точно знаю.

Я зашёл в столовую. Дмитрий и Сергей сидели за столом, и Кретов не отрываясь смотрел на моего брата сквозь висящее в воздухе плетение. Сергей явно чувствовал себя неуютно под пристальным взглядом следователя, но делал вид, что всё в порядке.

— Поехали, Дмитрий, — сказал я.

— Угу, поехали, — ответил тот. — Послушай, Сергей. Если почувствуешь что-то не то — немедленно звони брату, понял?

— Да понял, понял, — пробурчал тот.

— А ещё прими ванну с солью. Она очищает энергетику, — с этими словами Кретов закинул в рот последний кусок пирожка с картошкой, нахлобучил шляпу, и мы отправились на улицу.