Значит, нужно технику с себя снимать. Срочно.

Шли мы довольно долго и всё какими-то узкими, абсолютно безлюдными коридорами. То ли тайные ходы, то ли просто проходы для прислуги. Но зато я сумел осторожно подготовить деактивацию техники. Всё несколько раз проверил и…

— Тебе сюда, боярин, — указал рукой на неприметную дверь Стихийник.

И как раз в этот момент я снял с себя технику.

Сразу накатила просто нереальная слабость. Закружилась голова, а ноги подкосились, из-за чего я как стоял, так и рухнул вперёд, да ещё и долбанулся головой об ту самую дверь! Послушался хруст, но боли отчего-то не было.

— Эй! Ты чего, Северский! — с недоумением в голосе воскликнул Стихийник. А один из рукопашником подхватил меня под руки и резко поставил на ноги.

В это момент дверь открылась, и на нас с удивлением уставился глава дознавателей. Бойцы, что меня вели, сразу же встали по стойке «смирно». При этом рукопашник меня отпустил, из-за чего я снова начал заваливаться вперёд. Прямо на боярина Нерождённого.

— Вы почто боярина избили?! — зарычал он на подчинённых, после того, как всё же меня поймал. — Я вам что велел? Пригласить на разговор!

— Не трогали мы его! — тут же открестился Стихийник. — Пригласили. Всё честь по чести. Он шёл нормально. А как дверь увидел, так сразу её лицом и ударил!

— Да что ты мне рассказываешь, Фёдор?! — ещё сильнее разозлился боярин. — А то я не знаю наших методов? У него нос сломан и лицо в крови!

Я хотел было сказать, что всё нормально, никто меня не бил, но язык, оказывается, тоже не слушался. И вместо слов получилось какое-то бессвязное мычание.

— Бегом за целительницей! — кажется, ещё сильнее прежнего разозлился Нерождённый. — Идиоты! Сгною всех!

Меня же он, аккуратно поддерживая подмышки, занёс в комнату и усадил в довольно удобное кресло.

— М-м-му… — поблагодарил я, практически не чувствуя собственного тела. А ещё я абсолютно не понимал, с чего такой жуткий откат от техники. Вроде бы нигде такой эффект не упоминался.

— Держись, боярин, — участливо произнёс Нерождённый. — Сейчас дежурную целительницу приведут. Хорошую.

— Му-у-у… — снова промычал я в ответ. Чёрт-те что происходит. Даже к Живе обратиться не могу. Не то что говорить не получается, даже мыслить связно, и то проблема.

— Что-то не похоже, что мои ребятки тебя били, — внимательнее ко мне присмотревшись, сказал глава дознавателей. А потом негромко заговорил, словно сам с собой. — Выглядит так, словно ты и в самом деле головой об дверь ударился. Вот только с твоим рангом давно в себя придти должен. Значит что? Значит умысел! Ты до моих людей кого-нибудь ещё встречал?

— Му-у!

— Ах, ну да. Ладно, это мы сейчас выясним, — многозначительно произнёс он и выглянул за дверь. — Эй, кто тут остался? Они что, втроём за целительницей побежали что ли? Василий, срочно поднимай нашу службу в Кремле по тревоге! Всех проверять! Посторонних задерживать! Менталиста найдите, пусть вас страхует. Похоже, что на Северского какое-то воздействие было. Только не пойму, какое именно. Выполнять!

Вернувшись, боярин сел в такое же кресло напротив и внимательно не меня посмотрел. Затем начал что-то говорить, но я этого уже не слышал. Веки как-то сами собой закрылись и пришёл сон.

Проснулся я от того, что кто-то меня беспардонно схватил за подбородок, и крутил голову из стороны в сторону.

Открыв глаза, я столкнулся с внимательным и строгим взглядом красивых женских глаз. К глазам прилагалось довольно милое и не менее строгое лицо.

— Очнулся? — поинтересовалась девушка. Хотя, как мне кажется, не всё с этой девушкой так просто. Выглядит молодо. Стройная, спортивная. Но вот в глазах как-то чересчур много жизненного опыта. — Ну и что тут с тобой такое было, боярин?

— Я думал, что это ты мне расскажешь. Ты ведь целительница?

О как! Я могу говорить! И руки-ноги слушаются! Правда, слабость в теле всё ещё есть. Но хоть не овощ мычащий.

— Молодой и наглый! — рассмеялась вдруг девушка. Я решил для себя, что буду её даже в мыслях называть девушкой. А то вот так забудешься, назовёшь женщиной, тут-то она тебя и того! На опыты пустит. А то, что у этой милой девушки такое получится, я отчего-то не сомневался. Сила в ней чувствовалась огромная. Где-то на уровне Богатыря. Правда в отличие от Стихийников боевиков, её Сила была не агрессивной, а более мягкой и спокойной.

— Так что с ним, Милёна? — раздался из-за её спины голос Нерождённого.

— Сейчас с ним почти всё в порядке, — ответила ему целительница. — Но для этого мне пришлось влить довольного много жизненных сил. А вот что с ним произошло — я не знаю. Такое ощущение, словно кто-то попытался из этого молодого боярина всю жизнь выпить. Причём не постепенно, а разом.

— То есть это опасно? — уточнил глава дознавателей.

— Ну а сам ты как думаешь, Данила?! — раздражённо посмотрела на него девушка. — Ещё бы чуть-чуть и парень пировал бы в Ирие с родичами.