После его слов ко мне, кажется, вернулась возможность соображать. И я, во-первых, понял, что перед нами один из Богов этого мира. А во-вторых, он, похоже, из Олимпийцев.

— Арес, — как-то буднично произнёс Иван Васильевич, и активировал «Кольчугу».

— Твою же белку! — ругнулся я, вспоминая, перезарядил ли револьвер.

— Как же мне это всё надоело, — устало проворчал Великий Князь, недовольно рассматривая удобное, но пыльное кресло.

— Сей же час всё уберут, Государь! — эмоционально воскликнул распорядитель слуг, отвешивая подзатыльник мальчишке, который как раз забегал в комнату.

Подзатыльник вышел, неожиданно для самого распорядителя, довольно сильным. Из-за чего служка резко ускорился, пробежал несколько метров, споткнулся и упал. Уронив при этом таз с водой прямо под ноги Рюриковичу.

— Теперь ещё и мокрый, — вздохнул Великий князь и, мысленно махнув рукой, уселся в кресло.

— Идиоты! — покачал головой Наследник, переводя взгляд с бессознательного служки на бессознательного распорядителя. Первый потерял сознание из-за подзатыльника. Второй же попросту упал в обморок, сообразив, что натворил. — Стража!

В дверь тут же заглянул начальник охраны.

— Уберите этих, — распорядился младший Рюрикович.

— Казнить?! — бодро уточнил стражник.

— Да что же вы такие кровожадные?! — возмутился Государь. — Откуда вообще такие мысли?!

— Ну так это… — растерялся стражник. — Вы же их уже — того…

— Чего — того?! Да что за день сегодня?! Просто к Целителю их отнесите. И распорядитесь нам сюда вина подать, — покачал головой Великий Князь. И повторил: — Как же мне это всё надоело.

— Сейчас всё сделают, отец, — мягко произнёс Наследник. — Ты же знаешь, что в эту комнату без тебя никто попасть не сможет. Потому и пыль.

— Да причём тут пыль, сын? Что я, пыли не видел? Мне в принципе всё надоело! Бояре, что вечно грызутся и лаются. Князья, что за своими интригами забывают о том, чему они служат. Теперь вот боги пожаловали, и я вынужден сидеть в защищённой пыльной комнате в подвале, вместо того, чтобы на них посмотреть. Эх. Уйду в Стародубские. Уеду из столицы и буду растить персики. Готовься корону принимать, сын.

— Ты чего, отец?! Всё нормально будет. Не по наши души бог пожаловал. Похулиганит немного и уйдёт, — быстро-быстро заговорил Наследник, испугавшись слов отца. Уж чего-чего, а садиться раньше времени на трон он не хотел.

— Эх, — вновь покачал головой Государь, ничего не ответив.

— А почему персики, отец? — не сдержал любопытства младший Рюрикович.

— Потому что персики растут там, где тепло. Да и надо же мне что-то выращивать. Слышал про древнего императора и капусту?

— Нет, только про козла.

— Эх, — махнул на него рукой Великий Князь, и всё же не сдержал улыбку. — Про козла. Хе-хе. Хитрый ты, сын.

— Весь в тебя, отец, — в свою очередь улыбнулся Наследник.

— Ладно, рассказывай, — перестав изображать вселенскую усталость и недовольство, велел он. — Что там с Балховским?

— Нет больше Болховских. Последний сегодня ночью помер.

— Знаю, что помер. Меня интересует, кто посмел на князя руку поднять? И вообще, тебе не кажется, сын, что слишком часто в последнее время князья помирать стали?

— Так может оно и к лучшему? — вкрадчиво спросил младший Рюрикович. — Природа, так сказать, от слабых да больных избавляется…

— Какая ещё к Темным богам природа, Мстислав?! — прорычал Государь. — Это природа что ли Балховскому голову отрезала?

— Ну там не до конца голова отрезана. Частично.

— Хватит мне зубы заговаривать! Кто?

— Боярин Данислав Соболь, судя по всему. Видоков, правда, нет ни одного.

— Отчего тогда на этого боярина указываешь?

— Потому что незадолго до смерти Балховского было совершено покушение на княгиню Ульчинскую. И Соболь одного из убивцев живьём взял, да допросил. Оказалось, что Балховский их послал. Вот боярин за племянницу свою и обиделся.

— Что-то в этом мире сломалось, Мстислав, — немного помолчав, произнёс Государь. — Природный князь подсылает убийц, вместо того, чтобы сделать всё по Правде.

— По Правде Болховские тоже пытались. Но были разбиты, — уточнил Наследник.

— Знаю. Я же сам письмо Ульчинской посылал, просил не добивать их. А оно вон как вышло.

— Что думаешь с их родом делать?

— Ничего, — подумав, произнёс Великий Князь. — Пусть сами разбираются. Кто там у них ещё остался той же крови? Племянники какие-нибудь? Есть? Вот пусть ко мне приезжают, выберу из них нового князя. И велю на своей земле сидеть десять лет. Надоели! Чтоб духу Балховских в Москве не было!