— Но что-то пошло не так?

— Да… На третий день пришли они… Отряд карателей. Безжалостные убийцы, изверги и уроды, готовые на всё. Мы предполагали, что среди беженцев есть их шпионы, предатели, но доказательств не было…

Они открыли ворота, перерезали стражу и… попытались выманить меня. Они знали: пока я внутри цитадели, подпитываю кристалл — лишь большой кровью они смогут сломать защиту, пробиться внутрь.

— Ты говорила про детей…

— Да… Эти изуверы не стали сжигать город, не стали устраивать резню… Они собрали всех детей, отобрали их силой у родителей. Даже тех, что только родились. Мне больно вспоминать всё, что они делали той ночью. Сколько родителей было избито и беспомощно валялось на земле, не в силах спасти своих детей. Я тоже… не выдержала. Большую часть тварей перебила ещё в городе, обратила в пепел. Остальные успели уйти в лагерь, забрав с собой детей. Когда я нагнала их и в своей безумной ярости ворвалась в самый центр лагеря, было уже поздно… И я сожгла здесь всё. А они уничтожили меня… Но не мой дух. Я не знала, что мне делать, кроме как убивать их, проклятых душегубов. И теперь, когда их нет… Я даже не знаю, что случилось с моей роднёй, с моим городом… Зачем я вообще осталась в этом мире?

— Прошлое не исправить. Но настоящее всё ещё зависит от нас. А будущее будет таким, каким его сделаем мы. Трагедия произошла не из-за твоей слабости, а из-за человеческой жадности и чёрных душ ублюдков, что ради власти готовы на всё. Даже похоронить этот мир…

— Да что я могу? Беспомощный призрак, годами прозябающий в собственной ослепляющей ярости…

— Сама по себе — ничего. Лишь проглотить сожаления и раствориться, как и проклятые тобой твари, в великом ничто. Или… можешь попросить меня о помощи. Можешь пойти следом за мной, неся свою волю и ярость. Можешь стать духом отмщения, что будет превращать в пепел всех, чья душа чернее грозовой тучи. Я могу дать тебе эту возможность, если… Если ты последуешь за мной и будешь оберегать со мной этот мир от тварей, подобных тем, что я раздавил своей рукой. И будешь оберегать мой народ от ошибок прошлого, чтобы ничего подобного не случилось вновь… — тихо произнёс я, предлагая Таше службу в обмен на возможность направить свой гнев и ярость, что так и продолжают пожирать её душу изнутри, на тех ублюдков, чьё существование в этом мире — ошибка.

Она молчала. Долго молчала…

— Что тебя смущает?

— Не существует такой магии. Не существует такого способа, как ты описал. Ты некромант? Ты спрятал за красивыми словами вечное рабство безвольного духа?

— Ха, девочка моя… Некроманты — это бич жизни. Они нарушают естественный порядок и наносят миру духов неизгладимые шрамы. Я не некромант. Но ты права: в вашем мире не существует такой магии. Не существовало до меня…

— Тогда как? Ты что, бог?

— Я такой же смертный, как ты и твой отец, как любой из людей вокруг. Но если чего-то нет в вашем мире — не значит, что этого нигде нет. Ты слышала об элементалях?

— Безумные духи стихий? Как в древних легендах?

— Не знаю, о каких легендах ты говоришь, но я элементалист. И я пришёл в этот мир совсем недавно. Познакомься, это дух Агма. Агма на моём языке — это «огонь, пожирающий магию». Очень редкий, капризный и разрушительный для тех, кто любит использовать ману в своих ежедневных трудах. И это элементаль, мой друг и помощник. Мой страж… Ты можешь стать даже не таким же элементалем, а чем-то большим. Твоя душа может обрести нечто, сравнимое с бессмертием. Время не будет над тобой иметь власть, пока ты сама будешь подпитывать своё тело подходящей стихией.

— Ты хочешь отдать это тело мне? Поможешь мне в него вселиться?

— Нет, Таша. Агма не подходит тебе. Ваши характеры слишком разные… Следуй за мной. Я создам для тебя персональное тело. Новое, подходящее, способное удержать пламя твоей души и высвободить его при необходимости на врагов твоих и моих.

Дух выплыл из-за дерева и внимательно осмотрел Агму, а следом взглянул на меня.

— Это звучит… слишком хорошо, чтобы быть правдой. В чём подвох?

— Там, где я, почти всегда война… Я пытаюсь идти по другому пути, но раз за разом меня возвращает к этой точке, где необходимо кому-то что-то доказывать силой. Если ты будешь рядом со мной, скорее всего, вокруг нас будут литься реки крови… Готова ли ты к этому? Хочешь ли ты стать моим верным соратником и спутником, чтобы идти наперекор судьбе? Готова ли ты дать клятву не мне, но самому миру магии, что определяет всё сущее в нашем мире, и получить эту клятву от меня?

Девушка оглядела величественный лес, выросший за те годы, что прошли с момента грянувшей на этих полях битвы.

— В конце концов… А что я теряю? Мы пытались уйти от войны, и к чему это привело? Я буду сильной? Достаточно сильной, чтобы превратить в пепел такие отряды карателей ещё на подходе к городам?

— Для тебя это будет всего лишь хорошей разминкой.

— Я согласна!

— Тогда повторяй за мной, Таша, дочь Алдая Златохватова…

* * *

— Нажрался? Мне хоть что-то оставил? — с любопытством глянул я на сидящего в клетке князя.

— Обхохочешься… Сними уже цепи, — потребовал он, глотая слюну на стоящий в сотне метров грузовик, полный провианта.

Да они жируют! На этого старика столько жрачки выделили? Или они просто в курсе моей любви к вкусной еде? Ладно, мне же лучше…

— Таша, первое задание: проверь, что там в кузове. Должна быть еда без сюрпризов.

— А кто это? — поинтересовался невидимый для дронов и даже магов вроде Радова дух.

— Один безумец, пытающийся дотянуться до бессмертия, и по совместительству местный князь, на чьих землях мы сейчас находимся.

Оба посмотрели на меня как на сумасшедшего. Князь — потому что я разговаривал сам с собой, по его мнению; Таша — потому что только она присягнула мне на верность, как оказалось, что у меня в плену, в ожившей стальной клетке сидит местный правитель.

— Ты с кем общаешься? — захлопал глазами Радов.

— С духом отмщения. Не беспокойся, если ты вёл правильную жизнь, никого незаслуженно не обижал, не использовал в корыстных интересах, то тебе нечего бояться.