— Я назову тебя Слимосос три тысячи!

— А почему три тысячи, кар?

— Да, почему, господин?

— Потому что я мог бы создать как минимум три тысячи элек вместо него… Хороших, добротных помощников. Но… — Я оживил это самоходное металлическое чудо и велел ему начать прогонять воздух через себя. Фильтры ещё как-нибудь настроить получше, а не просто дыр наделать мелких.

— Всё, можешь давить, а ты загружай в себя. Как закончите, ждите меня, — дал я им указания и направился в рощу.

Пора уже сделать тело для Арианы…

До этого лишь она смотрела на меня пронзительным взглядом, а после битвы сверлили меня взглядами уже все дриады.

Мы направились к нужному дереву, и я взялся за работу. Но для подготовки, оживления и придания формы нужно было время и энергия. Моя родная энергия, а не заёмная от убийств. Поэтому, быстро высвободив улетучивающуюся духовную силу и создав несколько сотен элек воздуха, я велел разведчикам направиться в разные стороны и вернуться, только если найдут что-то реально интересное. После слил остаток на создание нужного количества элементалей-помощников, в основном из дерева и земли, и отправил их через море гопслима в сторону Бурого. Ворона тоже отправил с ними, чтобы сопроводил. А то ещё заблудятся…

Создавать тело для прекрасной дриады нужно было осторожно. Подходящий материал у меня был всего один, причём очень капризный, поэтому я погрузился в медитацию и стал напитываться энергией. Но я не тратил силы на создание сферы, а сразу вливал энергию в это бархатное чудо природы, создавая и укрепляя связь между нами.

Время словно замерло. Всё, что я делал, — это вносил точечные изменения, сам представляя себя деревом. Наличие поблизости духа Арианы помогало передать форму и черты, а моя сила души и магия направляли потоки жизненной энергии, чтобы дерево развивалось и набирало массу.

Сперва я сделал дерево большим и толстым, а затем, как искусный столяр, стал отказываться от лишнего, ужимать там, где нужно, и добавлять там, где у главной дриады этой рощи имелись свои женские сокровища. Выходило очень даже красиво, и при этом ни одна ветка, ни один листик не страдали.

Когда общие черты были созданы и я влил примерно половину от нужного объёма, стало, с одной стороны, легче, а с другой — мне потребовалось ещё большая концентрация. Словно художник, рисующий с натуры, я заставлял Ариану крутиться и замирать, чтобы уловить каждый изгиб на её призрачном теле, каждый штришок, что позволит её новому телу прийти к совершенству.

Финальный этап был самым трудным. Требовалось убрать всё лишнее и отрубить это тело, воплощающее в себе саму суть стихии жизни, а вместе с ней и яда, от корней. И, конечно же, нельзя было забыть о сердце, что свяжет магические потоки в единую систему и начнёт качать древесные соки, что будут питать все её ткани.

Каждая деталь учитывалась, каждая секунда была на счету. Я не замечал больше ничего, кроме своей цели, и вручную, подобно хирургу, соединял ядро жизни и многочисленные капилляры будущей помощницы.

Древесные элементали очень простые, но неказистые. Как выросли, так и оживил их. И кривые, косые будут они ходить, сражаться и работать. Но если заморочиться и проявить твёрдость, внимание и страсть к своему делу — можно сотворить красоту…

— Воистину, это один из лучших шедевров, что я когда-либо создавал… — открыл я глаза, вырываясь из медитативного состояния, и уставился на прекрасную девушку, в которой воплотил через растения всю красоту человеческого тела.

Оно уже было живым, но пустым. Сердце пульсировало, прокачивая ману и соки, позволяя сильно изменённой, в сравнении с обычной деревяшкой, грудной клетке подниматься и опускаться. Это было не просто ожившее бревно, это было созданное по крупицам человеческое тело, в котором я своими руками создал каждый кусочек, используя древесную ткань. Да, элементаль от этого не стал человеком. У него нет мышц, и отличия хорошо заметны, но всё же, чисто визуально, это чудо — копия Арианы.

Магия сама по себе — лишь инструмент. Но, чтобы виртуозно владеть им, нужны знания и навыки, отточенные до автоматизма, опыт и богатое воображение, образное мышление, что позволит созидать удивительны вещи. И самое главное — страсть! Без страсти настоящее чудо никогда не родится.

Элементальный пылесос был для меня спонтанным испытанием, разминкой, заставляющей проявить креатив. Но создание тела Арианы было вызовом, который я бросил себе и всему опыту, что я имею.

Сделать элементалем и ёлку обычную можно. А позднее и душу в неё вселить. Но для живых существ, таких как Таша, Люмин или Ариана, это будет хуже тюрьмы, хуже каторги. Они выбираются из оков смерти, а потому новая жизнь не должна стать их оковами. Только тогда они смогут раскрыть весь свой потенциал и удивить даже меня.

— А теперь контракт и добро пожаловать в мир живых, дитя леса, — мягко улыбнулся я, видя, как сияет душа девушки при взгляде на это невероятное, словно живое, тело.

Маленький шаг, который я сделал за эти несколько дней в лесу посреди неосвоенных земель… Тысячи лет странствий, мучений, сражений, изучения и познания — всё ради этого момента. Всё это было не зря…

— Если бы я только мог перенести души своих друзей, соратников, генералов… Я бы каждому из вас создал такое тело… Но как это сделать, я, увы, не знаю, — пробормотал я.