Я вовремя прикрылся скрещёнными мечами и активировал [Массовую истерию]. Я придержал её, потому что не был уверен, что Ти находилась достаточно близко. Теперь же легендарный навык подействовал, приводя девушку в исступление и заставляя атаковать безрассудно.

Но безрассудство было моей стихией. И я купался в нём, как рыба в озере. Помимо прокачанного интеллекта, Ти обладала эпической ловкостью, дарующей ей реакцию и скорость мангуста. Но я, находясь на пике навыков берсерка, превосходил даже её. Немало ловкачей уже пытались меня прикончить. Так что я был готов к этой финальной схватке, прежде чем всё решится.

Да. Я пропускал удары. Но с каждой полученной раной я лучше понимал манеру моей противницы и всё чётче читал её движения, готовясь к одной решительной контратаке.

Проблема ловкачей была в одном. Если ты переживёшь их многочисленные быстрые атаки, в большинстве случаев было достаточно лишь пары удачных ответных ударов, чтобы закончить битву в свою пользу.

Так случилось и на этот раз. Неудачно извернувшись, Ти получила удар [Дробильщиком] себе в бок. Я ожидал, что это станет концом. Но её что-то спасло. Возможно, какой-то артефакт.

В тот момент, когда мой меч должен был разворотить ей бок, на его пути возникло белое мерцание, которое тем не менее полностью не защитило Ти от удара.

Она вновь, как тряпка отлетела, упав прямо возле врат в суть бездны. Сломанные рёбра никому не добавляют мобильности, поэтому она скривилась, попытавшись встать. Но у неё это вышло с трудом.

Я же схватил её за горло и прижал к потрескавшейся поверхности камня.

— Почему?! — Прорычал я её в лицо. — Что я тебе сделал?! Откуда столько ненависти?!

Я не смог понять, что за эмоция промелькнула в её глазах, но Ти просто плюнула мне в лицо и прошипела:

— Потому что ты сраное ничтожество. Слюнтяй. Обиженный ребёнок. Всегда был и таким же остался.

Её слова подняли во мне целую волну всех тёмных эмоций и воспоминаний, которые, как я надеялся, уже были забыты. Больнее всего ранят не клинки. Не стрелы. Не магические явления и не удары врагов. Больнее всего ранят слова некогда дорогих и близких тебе людей.

Разозлившись, я занёс кулак для удара, метя ей в голову и намереваясь, наконец, покончить со всем этим. Но в последний момент Ти просто растворилась в моей руке, и удар пришёлся по вратам, заставив всё вокруг задрожать.

Сеть трещин начала увеличиваться и разрастаться. В это же время я нутром почувствовал движение воздуха позади себя и повернулся в ту сторону, вновь хватая нападавшую Ти за одежду.

Перебросив её через себя, я припечатал её тело в разваливающуюся стену.

Врата были распечатаны. Позади еле стоящей на ногах девушки открылась бескрайняя тьма и всепоглощающая пустота, жаждущая сожрать всё, до чего только дотянутся её щупальца. И мне стало страшно. Какую бы напускную ненависть я не испытывал в ответ к девушке, вот так я всё заканчивать не хотел.

Поднявшаяся за её спиной чёрная лавина сумела напугать даже меня. И этот испуг подействовал отрезвляюще.

Я протянул руку к девушке:

— Ти! Иди ко мне. Не стоит больше продолжать. Давай всё забудем. Есть путь на Землю. Я отведу тебя домой, и мы разойдёмся. В этот раз навсегда.

Услышав про Землю, Ти изменилась в лице, и её расфокусированный взгляд посмотрел на меня без злобы.

— Правда? Можно вернуться домой?

— Какой смысл мне сейчас врать?

— Я… Я…

Девушка была ошарашена подобным поворотом. И я был ошарашен не меньше её. Узрев воочию суть бездны за её спиной, я понял, как она влияла на меня всё это время.

Я ведь не всегда был таким. Не всегда лишь ненавидел. Не всегда лишь таил обиды и гнев. Я умел прощать и идти дальше. Сейчас, обретя настоящих друзей и отделив внешнее влияние враждебного плана, я понял, что нет смысла мстить Ти. Всё, что было между нами, осталось в прошлом. И нужно его в прошлом и оставить.

Почувствовав мою искренность, Ти протянула ко мне руку. Но едва мы коснулись друг друга, из пролома тут же высунулось чёрное щупальце и обвило девушку, уволакивая её в самые тёмные глубины бездны.

— Не-е-ет!!! — закричал я.

Но было поздно. Всё, что я увидел, прежде чем она исчезла, на этот раз навсегда, — это её испуганные глаза, с мольбой глядящие на меня.

Я сделал несколько шагов назад, отпрянув от хлынувшей наружу тьмы. Пришло время пророчеству свершиться. Не зря ведь мне всё это время являлись знаки и видения.

Надежда была на то, что Разрушитель не убьёт меня на месте, а позволит присоединиться к его орде, и нам удастся попутно вызволить всех проклятых, несущих тёмные оракулы. Не станет же бездна убивать своих детей? По крайней мере сразу.