Шрифт:
— Может, обратиться к князю Голицыну? Обман в таких масштабах…
— Нет! — рявкнул Демидов. — После той истории с нападением на его магазин мы и так на плохом счету у князя. И что мы ему скажем? Что не можем найти поставки? Платонов всегда может заявить, что использует сложную логистику — через мелкие речные порты по Дунаю и Днепру, или караванами через Карпаты в обход таможен. Или разбивает грузы на мелкие партии через десяток посредников. Или ещё какую-нибудь хитрость придумает. «Альпийские металлы» — реальная компания, Лихтенштейн закрыт, проверить невозможно. У нас нет доказательств обмана, только подозрения. Князь Голицын нас на смех поднимет — два могущественных рода не могут отследить грузы мальчишки! А если даже поверит. Дальше что? Признаться, что нас одурачили? Стать посмешищем всего Содружества? Никогда!
Степан Игоревич кивнул, понимая логику патриарха. В их мире репутация значила больше денег.
— Но мы не можем оставить это без последствий, — продолжил Демидов. — Платонов должен понять, что играть в подобные игры с нашим родом опасно. Нужно найти его слабые места — семья, друзья, союзники. Каждый человек имеет цену или болевую точку.
— Будет исполнено, Ваша Светлость.
Оставшись один, Никита Акинфиевич подошёл к портрету основателя рода на стене. Его предок создал империю на Сумеречной стали, монополия Демидовых и Яковлевых держалась уже много столетий.
— Какой-то безродный щенок не разрушит то, что строилось поколениями, — пробормотал он. — Даже если придётся сжечь половину Содружества.
Глава 22
В кабинете Верховного целителя царила тягостная тишина. Семь членов руководящего совета Гильдии Целителей расселись вокруг овального гранитного стола, их лица выражали различные оттенки недовольства. Виссарион Соколовский восседал во главе стола, его пальцы, унизанные перстнями, медленно постукивали по шершавой поверхности — единственный звук в помещении, от которого у присутствующих напрягались нервы.
— Константин Петрович, — голос Верховного целителя звучал обманчиво мягко, — полагаю, вы готовы объяснить нам, как маркграф Платонов не только остался жив, но и захватил нашу базу под Владимиром?
Скуратов-Бельский стоял у окна, его бесцветные глаза безучастно смотрели на утренний Московский Бастион. Невзрачная фигура в сером сюртуке казалась ещё более незаметной в полумраке кабинета.
— Безусловно, Ваше превосходительство. Операция провалилась по нескольким причинам, — начал он ровным голосом, словно докладывал о погоде. — Первая — недооценка ресурсов противника. Платонов привлёк отряд наёмников — Северных Волков. Вторая — его элитный отряд оказался усилен экспериментальными улучшениями, схожими с нашими разработками. Третья…
— Третья — ваша некомпетентность! — перебил Железнов, его массивная фигура напряглась. — База считалась неприступной, а они прошли через неё как нож сквозь масло!
— Позвольте мне закончить, Ратмир Софронович, — Скуратов даже не повернулся. — Третья причина — предательство. Кто-то слил информацию о дате поставок, что позволило перехватить грузовой конвой.
— О, конечно, предательство! — графиня Долгорукова театрально всплеснула руками. — Как удобно списать провал на мифического предателя! Может, стоит признать, что вы просто не справились, Константин Петрович? Возраст, знаете ли, не щадит никого. Рефлексы уже не те, планирование хромает…
Скуратов медленно повернулся к ней, на его лице не дрогнул ни один мускул.
— Маргарита Павловна изволит шутить. В мои пятьдесят семь я планирую операции не хуже, чем в тридцать. А вот подбор кадров — это, кажется, ваша епархия?
— К чему вы клоните? — Долгорукова нахмурилась.
— Хотелось бы понять, — Соколовский наклонился вперёд, — почему подопытные и пленники не были ликвидированы вместе с персоналом? У нас же есть протокол — все на базе должны иметь импланты.
Скуратов-Бельский достал из внутреннего кармана тонкую папку и положил на стол.
— Внутреннее расследование показало интересные факты. Как вам известно, Ваше превосходительство, артефакты-убийцы весьма дорогостоящи. Гильдия выделила бюджет в тридцать пять тысяч на полную «прошивку» базы — охрана, учёные, обслуга, подопытные.
— И? — нетерпеливо поторопил глава организации.
— Начальник базы Алексей Борисов, — Скуратов сделал паузу, — присвоил семьдесят процентов этого бюджета. Двадцать четыре с половиной тысячи рублей.
В кабинете повисла оглушительная тишина. Лицо Соколовского медленно багровело.
— Что?! — выдохнул Верховный целитель.
— В отчётах он указал, что все подопытные получили импланты, — продолжил Скуратов тем же бесстрастным тоном. — На деле артефакты получила только охрана и ключевой персонал. Деньги господин Борисов потратил на покупку поместья под Владимиром и содержание своей любовницы.
— Этого не может быть! — взорвался Железнов. — Я лично инспектировал базу полгода назад!
— Охрана действительно была «прошита», — кивнул Скуратов. — Борисов не рискнул экономить на тех, с кем вы могли взаимодействовать. Но подопытные… Их никто бы не стал осматривать с ног до головы.