— Не кричи. Не говори ни слова, — говорю ей.

Она слушает и отступает назад, так что я следую за ней. Я оборачиваюсь к сердитым глазам, когда с небес обрушивается проливной дождь, и закрываю входную дверь.

— Мне нужно в душ, — говорю я, запирая за собой дверь.

У этого чертова мужика, наверное, есть ключ. Похоже, он знает и имеет доступ к вещам, к которым не должен.

— Я иду, — я не протестую, слишком устала для этого.

Тина идет за мной, когда я включаю воду, снимаю рубашку и кладу ее в пакет, как он просил, а затем лезу в воду.

— Просто скажи это, — кричу я, пока мою голову.

Я чувствую, как она смотрит на меня.

— Кто он? И чем, черт возьми, ты покрыта? — она оглядывает меня с ног до головы, а я смотрю на нее.

— Краска... — она замолкает, и я вижу, что она думает.

— Это... кровь? — она приподнимает брови.

— Нет. У него роман с Люси. Мы ходили в художественную студию, и вот результат, — я говорю ей полную ложь. Мне больно это делать, потому что я не лгу Тине. Закончив, я выхожу, и она протягивает мне полотенце.

— Ты бы сказала мне, правда? Если бы это было что-то другое?

— Да, ты знаешь, что сказала бы, — она кивает, но у меня такое чувство, что она мне не верит.

— Итак, он с Люси. Я возлагала такие большие надежды на то, как он смотрит на тебя.

— А как он смотрит на меня? — спрашиваю я. На меня он смотрит так, словно я ему мешаю. Это сбивает меня с толку, потому что я никогда не просила его быть в моей жизни.

— Как будто он голоден, — говорит она, поворачиваясь и направляясь в мою спальню.

Моя рука касается губ, куда он поцеловал меня, и я пытаюсь вспомнить, как он на меня смотрел. Гнев. Гнев — это все, что я, кажется, помню. Как Тина может видеть что-то другое, а я вижу только гнев?

— Я знаю, ты думаешь об этом. Но это голод. Этот мужчина хочет тебя так же сильно, как и не хочет, — кричит она мне.

Я смотрю в зеркало на свои разбитые губы и качаю головой, когда мысли о нем приходят мне в голову.

Ему здесь не рады.

И я надеюсь, что все мысли о нем уйдут навсегда.

Атлас

Прямо сейчас я думаю об убийстве ее подруги. Скажет ли ей Теодора? Она должна была заметить, что та вся в крови.

Сказала ли ей Теодора?

Этот ублюдок заслуживал смерти. И любого, кто будет искать то, что принадлежит мне, постигнет та же участь. Это не выход, и он знал это, но все равно отправился на ее поиски. Я не могу исправить тупицу, а именно таким он и был. Тупицей.

Его тело будет обнаружено как самоубийство, и никаких следов, ведущих ко мне, не останется. К счастью для меня, люди, которых он нанял, чтобы найти Теодору, работают на меня. Итак, первое, что они сделали, это сообщили мне.

В новостных статьях будет написано: «Любимый политик совершил самоубийство». Будем надеяться, что ради Теодоры этого не скажут о ее подруге.

Теодора бегает по воскресеньям как заведенная, но она уже несколько недель этого не делает.

Я жду у входа в ее дом, где она обычно появляется в спортивном костюме, потому что на улице становиться холоднее, но проходит полчаса, а ее все нет и нет, я подхожу к двери и стучу. Сначала она не отвечает, но потом я слышу ее шаги и снова решительно стучу в дверь. Она замолкает, за дверью передо мной не слышно ни слов, ни движения.

— Должен предупредить, что у меня очень мало терпения, — говорю я, зная, что она стоит по другую сторону.

— А может я сплю.

— Нет, так что открой дверь.

Она замолкает, но я не слышу, как она уходит.

— Теодора, — говорю я, мое терпение иссякает с каждой секундой.

Наконец, она открывает дверь с недовольной гримасой на красивых розовых губах.

— Чем именно ты занимаешься, что у тебя так много свободного времени, чтобы раздражать меня? — ее глаза пронзают меня яростным взглядом. — Серьезно, чем ты занимаешься?

— Я занимаюсь многими вещами, но моя первая любовь — это мое казино. Я заработал на азартных играх на заднем дворе, и теперь я самый богатый человек в этом городе благодаря этому бизнесу.

— Так ты владелец нелегального казино? — ядовито спрашивает она.

— Все начиналось не так, но да. Я зарабатываю большую часть своих денег грязным способом, и Теодора... — я подхожу к ней ближе, — я сделаю все, чтобы мой бизнес был безопасным и функционировал.

— Итак, почему ты здесь? Почему ты меня раздражаешь?