Это может объяснить, почему они так смело вмешались и помогли, и определенно объясняет, почему близнецы смогли сделать то, что сделали.

В моей голове мелькает образ Джекса, улыбающегося мне своей ухмылкой, но изображение постепенно меняется, и в конце концов это уже не Джекс, а мой преследователь, одетый в одежду Джекса, но с поднятым капюшоном, скрывающим его лицо.

Я отгоняю эту мысль из головы и делаю глоток кофе, не ощущая вкуса теплой жидкости.

Сегодня я случайно встретил симпатичного парня. Вот и все. У меня и так достаточно проблем, чтобы еще и вожделеть парня, который не для меня и, скорее всего, уже забыл меня, добавляя к остальным безумствам в моей жизни.

— Худший день рождения в моей жизни, — бормочу я и выхожу из справочника.

Сегодня у меня еще два занятия, но к черту. Я не пойду.

Одно из них — курс по математическому анализу, который мне нужен для получения степени, а другое — просто вводный курс по философии, который требуется для получения диплома. Я хорошо справляюсь в обоих курсах, и оба профессора проводят все занятия, читая нам конспекты скучным монотонным голосом, от которого я засыпаю. Я просто позже скачаю конспекты с сайтов курсов.

Глубоко вздохнув, я выливаю остатки кофе на траву и собираю книги. Мне просто нужно спрятаться в своей комнате до конца дня, и завтра все будет лучше.

Надеюсь.

Обычно я ненавижу принимать душ в общежитии, но сегодня вечером толпа в раздевалке и шум от полдюжины парней, занимающихся своими делами в душевых кабинах, являются желанным облегчением после того, как я провел последние восемь часов, запертый в своей комнате.

Я мог бы поговорить с друзьями или поиграть в одну из своих игр, чтобы перезагрузиться и попытаться расслабиться после вчерашнего сумасшествия, но вместо этого я провел время, проверяя дипфейки, в исчезновение которых я до сих пор не могу поверить, и отчаянно пытаясь выяснить, кто, черт возьми, возился в моей системе, воспользовавшись бэкдором, который я встроил в свой код.

Я уже знаю, что это один из Мятежников, поскольку нет никаких причин, по которым кто-то еще мог бы иметь доступ к коду, но я не могу точно определить, кто это.

В отличие от Королей, их система безопасности — одна из лучших, что я когда-либо видел. Я провел недели, копаясь в их системе после того, как шантажисты сказали мне, что они хотят, чтобы я для них сделал, и едва ли коснулся поверхности всех ее различных слоев. Единственная причина, по которой я смог взломать их камеры и украсть журналы, заключалась в том, что я смог подключиться к их системе напрямую.

Даже сейчас, спустя несколько месяцев, я все еще не могу понять их систему, поэтому я не имею представления, кто их хакер.

Не помогает и то, что братства тщательно скрывают различные роли своих членов. Единственное, что я смог выяснить о вторгшемся за все это время, — это его псевдоним, но я не могу найти никаких заданий или взломов, связанных с этим псевдонимом, и все зацепки и открытия, которые я нашел за последние несколько месяцев, привели меня в тупик.

Этот парень хорош, один из лучших, кого я видел, и меня сводит с ума то, что я не могу его поймать.

Громкий взрыв смеха вырывает меня из оцепенения, и я опускаю голову под струю воды, чтобы помыть волосы.

Общие ванные комнаты в Бун-Хаусе хорошие, с блестящей сантехникой, дорогими мраморными столешницами и гораздо большим количеством зеркал, чем необходимо. Есть также полы с подогревом, полотенца и отдельные душевые кабины с небольшим пространством между двумя занавесками, где можно переодеться, не показывая всю свою задницу всему общежитию. По сравнению с остальной частью здания, ванные комнаты просто роскошные, но они все равно общие. А поскольку я живу на третьем этаже с несколькими другими студентами, куча парней с других этажей пользуются нашими ванными, когда их заняты, так что единственное время, когда можно надеяться остаться наедине, — это с полуночи до шести утра, но даже тогда нет гарантии, что у тебя будет какая-то приватность.

По крайней мере, у нас есть одноместные комнаты, и, насколько я слышал, мы одно из немногих общежитий, где они есть. Это огромный плюс, и если дело дойдет до этого, я лучше буду делить ванную с несколькими десятками парней, чем комнату с кем-либо.

Из основной части ванной доносится еще больше смеха, и я откидываю голову назад, чтобы смыть шампунь с волос, заглушая крики соседей по общежитию. Сегодня они шумные, и я предполагаю, что это связано с тем, что сегодня первая пятница с начала семестра. Могу только представить, сколько вечеринок и мероприятий проходит сегодня.

По крайней мере, в здании должно быть тихо, так что я могу постараться не зацикливаться на других безумных событиях сегодняшнего дня, о которых я не могу перестать думать. Не только о том, что на меня наставили автомат, но и о том, что произошло после.

Вся эта ситуация — полный кошмар, но больше всего меня беспокоит то, что Феликс, из всех людей, подверг себя опасности, чтобы помочь мне. Он встал перед заряженным автоматом, чтобы защитить меня, но почему?

Почему он помог практически незнакомому человеку, когда вокруг была толпа людей, которые просто шли мимо и делали вид, что ничего необычного не происходит? Я знаю все о эффекте стороннего наблюдателя и видел его много раз в своей жизни, но меня по-прежнему удивляет, как так много студентов просто продолжали заниматься своими делами, как будто было совершенно нормально видеть охранника, противостоящего группе студентов.