— Да, ваша праведность, — счастливо выдохнул он.

— Готова ли ты, Таисия Лаптева, дочь Гесты, перед лицом своей богини взять на себя заботу о сыне её, Эрере Прейзере, хранить ему верность до конца своей или его жизни, холить и лелеять, служить ему утешением в поражении и вдохновением в победе?

— Да, готова и очень этого хочу! — с замиранием сердца ответила я.

Пробубнив нечто неразборчивое в бороду, жрец окутал нас странным заклинанием, и оно постепенно набухало лунным светом, а потом впиталось в нашу кожу. Висок чуть-чуть запекло, пока волшебный свет играл на наших лицах. Эрер улыбнулся с таким облегчением, будто с его плеч подняли огромный груз.

Печать у него на виске заиграла с новой яркостью, проступив поверх шрамов.

Неужели получилось?

Муж принялся целовать меня под радостные улыбки друзей и вежливые — жрецов. Отдав нам свидетельство о браке, бородач вернулся к спору с Валентайном, а Десар вдруг громко кашлянул.

— Я один это вижу?

— Что? — синхронно обернулись мы к нему, улыбаясь.

— Ваши печати.

Теперь Десар, Кайра и Ячер смотрели на нас, Эрер на меня, а я — на него, совершенно не понимая, в чём проблема. Его печать горела ярко и уверенно.

— Твою ж мать!.. — шёпотом ругнулся Эрер, шокированно округляя глаза.

Примета 46, хорошая: чихнувшая на свадьбе кошка — к миру и согласию в семье

Двадцать четвёртое сектеля. Незадолго до рассвета

Таисия

— Этого не может быть! — прошептала Кайра, потерянно переводя взгляд с меня на мужа.

— И тем не менее это есть. Это же она? Родовая печать Болларов? Я ничего не путаю? — спросил Десар, хотя часть этой печати носил сам.

Кайра смотрела на меня в полном шоке.

— То есть Таися — твоя единокровная…

— Двоюродная! — резко воскликнула Кайра. — Двоюродная сестра! Дядя несколько раз ездил в Эстрену и никогда не был женат. Таисия никак не может быть моей родной сестрой по отцу. Никак. Ни единого шанса, — воинственно заявила она, с вызовом глядя на всех по очереди.

— Значит, двоюродная, — миролюбиво согласился Десар. — Поздравляю с обретением кузины.

— Ты только не думай, что есть какое-то наследство, — нервно сглотнула Кайра. — Его нет. Но зато есть родовое поместье, в котором всегда рады всем Болларам, — она потёрла лоб и добавила: — Сёстры будут в шоке. А Брен? Брен вообще с ума сойдёт…

— Зато это объясняет, как она тебя «реанимировала», — вдруг обрадовался Ячер. — Ну конечно! Дар магии жизни! А я всё думал: как целительница среднего порядка смогла такое провернуть!

— Да нет у меня никакой магии жизни, — растерянно посмотрела я на Эрера.

— Вероятно, есть. Когда я проверял твой порядок, преобладала целительская, но была ещё какая-то необычная примесь. Я подумал, что отклик заклинания такой странный, потому что ты полукровка. Но что если это магия жизни? Я просто ни разу не измерял порядок ни у кого из магов жизни, уж больно редко они попадаются… — Эрер посмотрел на Кайру. — Проверишь?

Та кивнула, шагнула ко мне и начертила на груди незнакомое заклинание, а потом подтвердила:

— Всё так. Дар жизни не очень сильный, но он есть. Таисия, нам с тобой о многом нужно будет поговорить… Этот дар — не самый обычный, и я даже предположить не могу, как дядя допустил такую оплошность, как внебрачную дочь…

— Моя жена — не оплошность, Кайра, — довольно жёстко поправил её Эрер.

— Да, извини… Я не это хотела сказать! Просто никак не могу это переварить… Интересно, на Лану действовало наше родовое проклятие или ей просто не везло?

— Какое проклятие? — разволновалась я.

— Моэра Блайнер, тётя Десара, когда-то наложила на род Болларов очень сложное, многосоставное проклятие на увядание, завязанное на узоры височных печатей, — пояснила Кайра так, будто меня это должно было успокоить. — Смотри, она прокляла весь род и наш семейный височный узор, образованный слиянием печатей родителей. Мы с сёстрами и братом прокляты так, что наши супруги обязательно погибнут в течение суток после свадьбы.

Я вопросительно посмотрела на Десара:

— Не удивляйся. Я — второй по счёту муж.

Кайра обернулась к нему:

— Неужели наш род действительно обречён? Ведь Лана хлебнула горя и просто растворилась в нём… И Гвендолина тоже… А из всех мужчин, способных дать потомство, остался лишь Брен.

— Не думаю, что проклятие может навредить Таисии теперь, когда она Прейзер, — жизнерадостно улыбнулся Десар. — А больше и говорить не о чем.

— Эреру точно ничего не угрожает? — разволновалась я.

— Нет. На смерть супруга проклята наша семейная печать, как только она меняется — проклятие спадает. А у тебя изначально печать была иная, нечёткая и неполная, не такая, как наши, — ответила Кайра. — А теперь она у вас с Эрером общая, но я отчётливо вижу узор Болларов.