Я сглотнула, не в силах отвести взгляд.

— Адель?..

— Не моя история, — он резко выдохнул, будто отгоняя раздражение. — Это выгодный контракт между нашими семьями. Ему всё равно, что я думаю. Ей — тем более.

Сердце билось так быстро, что я боялась, он его услышит.

— А мне? — сорвалось у меня. — Тебе всё равно, что думаю я?

Его взгляд стал мягче.

— Ты серьёзно так думаешь? После всего?..

Я опустила глаза, чувствуя, как в горле встаёт ком.

— Я… не знаю, Леон. Он сказал, что я должна найти «мальчика по своему уровню». Знаешь, как это звучит? Будто я… грязь на твоих ботинках.

Он сжал кулаки так, что побелели костяшки пальцев.

— Он не имеет права так говорить.

— Но он сказал, — тихо ответила я. — И он твой отец.

— И что? — он шагнул вперёд, и теперь мы стояли так близко, что я чувствовала тепло его дыхания. — Это моя жизнь, Саш. Моя. И я сам решу, кто в ней останется.

Я не знала, что сказать. Часть меня хотела броситься к нему и просто обнять. Другая — кричала, что всё слишком сложно, что всё это закончится плохо.

— Я… не хочу быть причиной твоих проблем, — прошептала я.

— Слишком поздно, — он чуть улыбнулся, но в глазах была только серьёзность. — Ты уже есть моя причина.

Я замерла, пытаясь понять, что именно он имел в виду. И в этот момент он медленно, почти осторожно, взял мою руку. Его пальцы были тёплыми, уверенными.

— Пойдём, — сказал он просто. — Мы всё равно будем вместе.

И я пошла. Даже не потому, что решила ему верить, а потому что не могла иначе.

Мы дошли до крыльца школы молча.

Леон отпустил мою руку только тогда, когда до бетонных ступенек оставалось несколько шагов.

— Напишешь, как закончится последний урок. Я встречу тебя, — тихо сказал он, будто между нами было какое-то секретное соглашение.

Я уже хотела кивнуть, но он неожиданно шагнул ближе и, чуть наклонившись, коснулся губами моей щеки. Лёгкое, но такое тёплое прикосновение обожгло сильнее, чем морозный воздух.

— Не переживай, — тихо добавил он, почти у самого уха. — Всё будет так, как мы захотим.

И, не дожидаясь моего ответа, развернулся и пошёл обратно в сторону улицы.

Я осталась стоять на ступеньках, глядя ему вслед, чувствуя, как щека горит — и не от холода. Внутри всё смешалось: облегчение, злость, тревога. А ещё странная уверенность, что всё только начинается.

Я едва успела переступить порог школы, как Лера и Дашка буквально влетели в меня с двух сторон.

— Ну?! — Лера мгновенно перехватила мой локоть, сверля взглядом. — Ты рассказала ему про заговор с его отцом?

— Мы всё видели, — Дашка прищурилась, будто допрашивала подозреваемого. — Он тебя до школы проводил… значит, Леон не виноват?

— Ну… как сказать, — выдохнула я, стягивая шарф и пытаясь хоть немного прийти в себя.

— Говори, — протянули они хором, обменявшись заговорщицкими взглядами.

— Не томи, — Лера придвинулась ближе, словно собиралась вытрясти из меня признание.

— Адель действительно его невеста, — начала я и сразу почувствовала, как неприятный холод пробежал по спине, хотя раздевалка была душная. — Дочь партнёра по бизнесу его отца. Их брак выгоден для семей.

— Чего?! — Лера чуть не подпрыгнула. — Ты серьёзно?!

— Более чем, — я нервно усмехнулась. — Но по словам Леона он не собирается на ней жениться.

— А эта… Адель? Она тоже против? — осторожно спросила Дашка, озвучив то, что и у меня крутилось в голове.

— Девочки, я сама не знаю. Я даже ни разу её не видела.

Лера тут же полезла за телефоном.

— Ну… значит, увидим.

— Лера… — я обречённо вздохнула, но она уже набирала в поиске имя.

— Имя есть — дело техники, — бросила она, увлечённо прокручивая список аккаунтов.

Мы втроём сгрудились над экраном, и через минуту Лера резко выдохнула:

— Нашла.

На фото — эффектная брюнетка с густыми, идеально уложенными волосами, безупречной кожей и серо-голубыми глазами, от которых будто веяло холодом. На одном снимке — в длинном чёрном платье с разрезом, на другом — в салоне дорогой машины, ещё — на яхте, в белом купальнике. Всё выглядело как реклама жизни мечты.

— Ну офигеть… — пробормотала Дашка. — Да она как с обложки.

— Угу, — прищурилась Лера. — Только вот слишком глянцевая. Такие идеальны… до тех пор, пока не откроют рот.

Я молчала, разглядывая фото. В груди всё сжалось — ревность, обида, страх. Но где-то глубоко внутри поднималось упрямое чувство: я не собираюсь сдавать позиции.

— Саш, — тихо сказала Лера, — только не вздумай из-за неё сливаться.

Я подняла на неё взгляд и выдавила лёгкую улыбку.

— Даже не собираюсь, — сказала я, но Лера и Дашка уже обменялись такими взглядами, что я поняла: буря только начинается.