— Вы не ослышались, — я снова сжала лямку рюкзака, чувствуя, что пальцы побелели. — Он сказал, чтобы я держалась от Леона подальше.

— Вот так прямо? — Лера округлила глаза. — «Здравствуйте, я папа Леона, не подходите к моему сыну»?

— Почти, — усмехнулась я, но смех получился нервным, дрожащим. — Только в более… дипломатичной форме. Ну, хотя нет. На самом деле не особо дипломатичной.

— И что он сказал? — Дашка скрестила руки, наклонив голову набок. — Давай цитаты.

— Что у Леона есть будущее. Что я… ненужная связь, — горько усмехнулась я. — Что у него есть невеста — Адель. И что всё давно решено.

— Какая ещё Адель?! — Лера чуть не задохнулась. — Он тебе про это говорил?

— Нет, — призналась я, чувствуя, как внутри холодок от слов его отца смешивается с чем-то похожим на обиду. — И я не знаю… правда ли это, или он просто решил меня припугнуть.

— А выглядел он как тот, кто просто пугает? — Дашка подняла бровь. — Потому что со стороны это выглядело, будто тебя только что вызвали на ковёр в ФСБ.

— Если честно… — я глубоко вздохнула. — Это было похоже на допрос. Без криков, без угроз… но каждый его взгляд был как нож. Он говорил спокойно, но у меня всё внутри сжималось, будто я сделала что-то ужасное.

— Да уж, — Лера мотнула головой. — Семейка у Леона, конечно, «милейшая».

— И что ты теперь будешь делать? — спросила Даша.

Я опустила взгляд, глядя на серый, обледенелый асфальт под ногами. В голове бились два чувства — страх и злость. Страх от того, с кем я только что разговаривала. Злость — от того, что кто-то думает, будто может вот так взять и решить за нас обоих.

— Не знаю, — честно ответила я. — Но точно не собираюсь просто исчезнуть по его приказу.

— Вот так! — Лера хлопнула меня по плечу, словно мы заключили боевой союз. — Держи нас в курсе. Если что, мы с Дашей устроим ему тёплый приём.

— Да-да, — фыркнула Дашка. — Тёплый — градусов так минус десять.

Я улыбнулась, хоть и натянуто. Но внутри всё ещё звенело от волнений.

39

На большой перемене я уже не могла сидеть на месте. Все слова отца Леона крутились в голове, как заевшая пластинка. Руки дрожали, сердце стучало так, что я едва слышала шум столовой.

В итоге я просто схватила телефон, вышла из школы и, набрав на экране короткое «Нам нужно поговорить», отправила сообщение.

Дорогу к гимназии я почти не помнила — всё было как в тумане. Только холодный воздух обжигал щёки, и от этого я шла ещё быстрее.

Он появился у ворот почти сразу, с привычной лёгкой улыбкой, которая на секунду заставила меня забыть, зачем я пришла. Но стоило ему заметить моё лицо, улыбка погасла, и он остановился.

— Что-то случилось? — спросил он, чуть нахмурившись.

— Пока нет, — выдохнула я. — Всё зависит от того, что ты скажешь мне.

— Ты про что?

Я сжала кулаки в карманах и, глядя прямо в его глаза, спросила:

— После выпускного ты женишься на Адель?

Он замер.

— Что?.. Откуда ты это знаешь?

— Уже не важно, — горько усмехнулась я и развернулась, направляясь обратно к школе. Если бы я осталась, то, возможно, не сдержала бы слёз.

— Саша, подожди! — его голос догнал меня, и через секунду он оказался рядом, хватая за локоть. — Выслушай меня, пожалуйста.

Я остановилась, но не обернулась сразу.

— Этот брак… нужен только отцу и его партнёру, — сказал он тихо, но твёрдо. — Я не женюсь на ней. Ни сейчас, ни после выпускного.

Я всё же повернулась. В его глазах было столько решимости и злости, что на миг мне захотелось верить без вопросов. Но тень сомнения всё ещё не отпускала.

— Тогда почему он говорит, что всё уже решено? — спросила я, и голос дрогнул. — Почему он настолько уверен?

— Потому что он привык, что все делают так, как он скажет, — Леон покачал головой. — Но я не он. И ты… ты не кто-то, от кого я откажусь по его приказу.

Эти слова кольнули глубже, чем я ожидала.

— Ты правда так думаешь? — прошептала я.

— Я знаю, — он шагнул ближе, его ладонь почти коснулась моей. — И не позволю ему вмешаться.

Я смотрела на него и пыталась понять — верить или нет. Слова были красивыми, правильными… но в ушах всё ещё звенел холодный голос его отца.

— Леон… — начала я, но он перебил.

— Нет, Саш, дай я скажу.

Он сделал шаг ближе, так что между нами почти не осталось расстояния. Его голос стал тише, но от этого каждое слово резало ещё сильнее:

— Мой отец привык покупать всё, что ему нужно. Людей, компании, репутацию… Но меня он купить не сможет.