— Ты куда собрался? — спросила Люк. Чезаре остановился и обернулся к ней.

— Прослежу, чтобы Илеана попала на самолет. Хочешь, поедем со мной? Она отрицательно покачала головой.

— Нет, благодарю. Я могу обойтись без прощания с твоей благородной подружкой.

Он усмехнулся и вышел.

Люк прикурила сигарету и потянулась за бокалом.

Чезаре удовлетворенно улыбался, выходя из здания аэропорта и направляясь к стоянке, где запарковал свою машину. Илеана выполнит его поручение. Ему не о чем беспокоиться — сообщение будет передано.

В ней все-таки есть что-то загадочное. Ну кто, кроме Илеаны, смог бы не упустить своего шанса в такой час? Он едва не расхохотался, вспомнив, как она подцепила молодого парня в мягкой широкополой шляпе, какие обычно носят ковбои. Разумеется, он окажется богатым техасцем, который станет намного беднее еще до того, как окончится этот рейс.

Чезаре вошел на стоянку и направился вдоль ряда припаркованных машин. В это позднее время машин на стоянке было немного. Ему послышался звук шагов, точно повторяющих его шаги. Он приостановился и обернулся.

За ним никого не было. Передернув плечами, Чезаре продолжил движение. И опять уловил звук шагов. Сделал паузу, чтобы прикурить. Человек, следующий за ним, тоже остановился. Закурив, спокойно продолжил движение.

Спустя какое-то время он вновь услышал шаги — тяжелые и нарочитые. Теперь он убедился, что кто-то следит за ним. Он замедлил темп, чтобы проверить, замедлятся ли шаги. Замедлились.

Чезаре почти подошел к своей машине. Стилет плавно скользнул к нему в руку. Ощущение холодка металла придавало уверенность. Оказавшись между двумя машинами, он резко повернулся, держа нож наготове.

— Кто здесь? — странным эхом отозвался его голос на пустынной стоянке.

Никто не отвечал. Чезаре подождал немного. Стоянка молчала. То, что он слышал, вероятно, было не чем иным, как эхом его собственных шагов. Стилет плавно лег на свое место в ножнах. Чезаре позволил этому глупому телефонному звонку расстроить себя. Он едва слышно рассмеялся и, когда садился в машину, почувствовал, как напряжение покидает его.

Завел двигатель и вдруг ощутил легкое покалывание в области поясницы, которое всегда появлялось у него после пережитой опасности. Он подумал о Люк, ждущей его в гостинице, и обрадовался, что она останется там на ночь.

Ему нужен человек, подобный ей. Она поможет ему отдохнуть и расслабиться.

Нажав на акселератор “альфа-ромео”, Чезаре выехал со стоянки.

Он знал, к какому типу женщин принадлежит Люк, знал, что она не пойдет с каждым мужчиной. Она сначала присматривается к человеку, и, когда находит то, что искала, это служит ключом к ее собственному телу, и она уже не может контролировать свои желания.

Затем начинается борьба за утверждение ее превосходства. Сначала в сексуальном плане — появляются требования, превышающие возможности их удовлетворения. Он усмехнулся про себя: именно на такой стадии она сейчас и находится.

Вслед за этим последуют настойчивые требования признания равенства с мужчиной в работе и в достигнутых результатах, а потом уже — утверждение превосходства над мужчиной в силу ее женских качеств.

Этого ей никогда не достичь. Ни с ним, ни с другим, кто понравится ей, поскольку ее никогда не тянуло к слабым существам, в отношении которых она испытывает презрение. Последним этапом в этой схеме будет ее требование о разрыве, которое рано или поздно появляется. Вот этого она всегда добьется.

Следуя этой схеме, она очищает себя и свое сознание, чтобы вновь повторить очередной жизненный виток. Поэтому, когда у него все пройдет, ему не очень трудно будет сделать то, что он должен будет сделать. В известном смысле, она сама к этому стремится. К тому времени и он будет готов. Он будет сыт по горло, и она ему наскучит.

А тогда вернется Илеана. Воспоминание о ней вызвало у него улыбку. Возможно, они поженятся. Пора думать о продолжении рода. Их родословные идеально подходят друг другу, к тому же Илеана — европейка.

Европейцы гораздо честнее американцев, гораздо реалистичнее смотрят на жизнь. По сравнению с закомплексованностью Люк Илеана кажется простой и непосредственной, как школьница.

— Итак, прошло два дня, — сказал Стрэнг. — Чего, по-твоему, мы достигли?

Бейкер пожал плечами.

— Об этом можно только догадываться. Сейчас Кардинале бросает трубку, прежде чем мы успеваем высказаться. — Он вытащил сигарету и прикурил. — А что говорят твои ребята?