— Все о том. Да будет тебе известно, что весь шоу-бизнес, включая и футбол, до прошлого года находился под жестким контролем чисто уголовной мафии. Минувшим летом ее сильно потрепали. Да так, что, как я предполагал, они вернутся на исходные позиции не ранее, чем годочка через три. А тут вдруг через полгода — наступление по всему фронту.

— Саша, как ты себя чувствуешь? — Лидия Сергеевна встревожилась.

— Хорошо. А что? — испуганно ответил Смирнов.

— А я думала, заболел: водку не пьешь и говоришь, говоришь…

— За здоровье Лидии Сергеевны! — мгновенно нашелся Константин и поднял рюмку.

Выпили и с чувством закусили. Замечательно было! В тишине водочка, сопровождаемая вкусной едой, делала положенное ей: расслабляла натянутые нервишки, отгоняла невеселые мысли, давала возможность слегка воспарить. Попарили ненадолго и вернулись на землю.

— Вы у Даши были, Костик? — спросила Лидия Сергеевна. — Как она там?

— Да так… — Константин не знал, что ответить. — Я думал, что вы в курсе, так сказать, как соседи.

— Не хочется зря волновать девочку, — сказала Лидия Сергеевна грустно. А Александр Иванович мрачно присовокупил:

— Пока.

— А мне кажется, что пора ее взволновать. Дарья в полном раскардаше. Физически и морально. И в полном неведении. Я думаю, лучше знать самое скверное, чем ничего не знать. Кстати, Александр Иванович, я не буду нахалом, если спрошу: как дела у вашего Сырцова?

— Лида, ему Жорка не нравится! — изумился Смирнов. — Почему же тебе не нравится наш Жорка, Костик?

— Мне кажется, что он иногда хамоват.

— Жора — замечательный парень, уж поверьте мне, Костик, — попыталась мягко уговорить мрачного футболиста Лидия Сергеевна. Но Ларцев уговорам не поддался — не поверил, что Сырцов замечательный парень, и, не скрывая иронии, поинтересовался сдержанно:

— И чем же занимается ваш замечательный парень сейчас? Насколько я понимаю, всемогущая Анна наняла его для расследования двух этих странных убийств.

— Маетой, — ответил Смирнов. — Сейчас Жорка занимается сыскарской маетой.

Уже не собирался Константин выяснять, что такое сыскарская маета, ибо почувствовал, как изменилось к нему отношение Смирновых-Болошевых после его нападок на Сырцова. Пришла пора виниться.

— Я что-то не то сказал, да? — обаятельным взором он посмотрел сначала на Лидию Сергеевну, затем на Александра Ивановича и довершил штурм пожилой пары простодушной откровенностью: — Вообще-то я сильно обиделся на Сырцова, когда он меня небрежно отмел на презентации. Хотя сделал он это, наверное, правильно: незачем и вредно говорить о делах при посторонних людях, тем более таких, как наши эстрадные звезды.

— Отмазывается и покупает нас, сентиментальных стариков? — спросил Александр Иванович у жены. Лидия Сергеевна рассмеялась.

— Отмазался и купил. — И прочитала весьма изящно блоковское четверостишие, любимое в этом доме и часто повторяемое:

Простим угрюмство. Разве это

Сокрытый двигатель его?

Он весь — дитя добра и света,

Он весь свободы торжество.

— Проехали, — решил Смирнов. — По второй, "дитя добра и света"?

— По второй так по второй, — бодро согласился Константин. Деваться было некуда.

— У вас что-то не так с арифметикой, — отметила Лидия Сергеевна. — Не по второй, а по четвертой.

— Мы отмечаем не рюмки, а этапы общения, — ответил Смирнов.

— Тогда не по второй, а по второму. По второму заходу.

Смирнов безнадежно махнул жене рукой и разлил. Лидия Сергеевна подождала завершения этой операции, демонстративно отобрала бутылку и унесла в холодильник.

— Блюдет, — пояснил Смирнов. — Нас с тобой блюдет. Меня как инфарктника, а тебя как водилу. Ты ведь в Москву собираешься? А то у нас переночуй.

— Нет, поеду. Пора и к своему дому по-настоящему привыкать.

Вернулась Лидия Сергеевна, на ходу услышавшая последнюю Костину фразу.

— Ну а как вы, Костик, все-таки с бытом своим разбираетесь? Кто хозяйство ведет, кто готовит, кто в квартире прибирает?

— Я привык, Лидия Сергеевна. И все сам умею. Восемь лет, как один.

— Семьей пора обзаводиться, — строго подытожил Смирнов.

— Уже обзаводился.

— Еще раз обзаведись! — уже приказал Смирнов. — А вдруг получится!