Сидорыч передавал шифровкой, специально разработанной в ЦРУ, чтобы сбить с толку русскую контрразведку: " Баран, баран, я - узбек.. не, не, я - гондон...

то есть, я - пидор.. или пидер... Баран, я забыл свои позывные... "

" Ты - долбоеб, Сидорыч "- ответили из Вашингтона.

" Баран, баран, я - долбоеб,- бодро запродолжал Сидорыч.- Держу ситуацию под контролем. "Граната" на месте... " Кольцо " еще не сорвано."

"Странности начались?"- поинтересовались из Вашингтона.

"Да нет, вроде,- нерешительно промямлил старый шпион.-Никаких странностей не наблюдаю".

" А должны бы,- заявило ЦРУ.- Сколько времени наблюдаете объект?"

" Вот уж вторая неделя пошла ".

" А странностей, говоришь, все нет? Да ты и вправду долбоеб, Сидорыч.перебил его насмешливый голос.- Вторую неделю не можешь взять пробу металла...

Захотел обратно в Вашингтон? "

Тут Сидорыч заскулил что-то уж совершенно невразумительное, упал перед передатчиком на колени и принялся бить себя микрофоном в грудь.

– Христом-Богом... Спасителем!

" Позывные поменялись,- произнес равнодушный голос.- Ты отныне - " гондон ".

– А вы?- пискнул Сидорыч.

" А я - " хороший человек ". Конец связи ".

Оксана таращилась на нас и улыбалась " Во дура! "- подумал я и умно улыбнулся в ответ. Дина улыбалась в ответ глупо. Потом вспомнила про бабушку из Симферополя и забеспокоилась.

– Мне пора,- сказала она.- Меня бабушка заложит.

– Всeм ты хороша,- говорю,- только костлява и бабка у тебя вредная. Вот и Тихон подтвердит.

– Мяу,- сказал Тихон на редкость мерзким голосом.

– Bот видишь,- говорю,- до чего твоя бабушка животное довела. А ты иди. Ты своего добилась.

– Да,- говорит Дина,- добилась. Вот тебе телефон, при случае звони. Да почаще...

С тем она и ушла, оставив меня наедине с Оксаной.

– - Ну что, дура,- сказал я,- ты тоже добилась своего? Ты мне всeх девок так распугаешь. Дура.

– Ты сам дурак!

– А это еще почему? Объяснис.

Оксана не объяснилась. Как раз наоборот - ушла, хлопнув дверью. Дура.

Заместо нее на кухню выползла горбатая Клава и спросила, не видел ли я Саши ее Рогова.

– Долбоеб твой Рогов,- сердито буркнул я.

Честно говоря я не имел ничего против долбоеба Рогова, просто хотелось сорвать на ком-то свою злость. Клава, как бешенная мышь. принялась защищать своего законного, перечислять его положительные стороны и вспоминать те редкие минуты, когда Саша был к ней добр. Мне стало скучно, а от скуки захотелось выпить. Хлебнуть, что ли, самогону? А нету. Вот пидор Гoша со своими подъебками.

Я стал раздумывать, где в такой ранний час можно раздобыть спиртного. У Вшивина и Паршивина можно, но они ж пьют такое, после чего "Арапчай" покажется нектаром.

" К Парашину!
– сверкнула мысль.- Ефим нальет "

ОПИСАНИЕ ПРИРОДЫ Ефим Парашин обитал на втором этаже нашего дома. На второй этаж вела отмеченная котами лестница, упирающаяся непосредственно в дверь с болтающимся на соплях звонком и незатейливой табличкой, оповещающей:

ВШИВИНУ- ЗВОНИТЬ 2 РАЗА ПАРШИВИНУ- ЗВОНИТЬ ТОЖЕ 2 ДВА РАЗА ПАРАШИНУ НЕ ЗВОНИТЬ

(КОНЕЦ ОПИСАНИЯ ПРИРОДЫ)

Кто-нибудь другой наверняка спасовал бы перед такой табличкой, но я не из таковских. Я знал ее бутафорскую сущность и, зная, просто толкнул дверь ногой.

Дверь распахнулась, и я вошел в дурно пахнущий коридор. Пахло Вшивиным, пахло Паршивиным, тонко пахло Парашиным. Кто-нибудь другой наверняка зажал бы пальцами нос и бросился наутек, но я уже привык к изобилию ароматов наших соседей сверху, и смело пошел на запах Парашина.

Парашин сидел в обществе Саши Рогова, и они пили коньяк и чачу.

ОПИСАНИЕ ПРИРОДЫ Чтобы дать полный, развернутый образ Ефима Парашина неплохо иметь приложение в виде фоторгафий ( фас, профиль, затылок ) и аудиокассет. Ефим Парашин толст и невысок.

Ефим Парашин носит квадратные очки. Верхняя губа Ефима Парашина срослась с носом.

Нижняя губа Ефима Парашина выпячена вперед и прикрывает верхнюю.

Волосы Ефима Парашена выстрежены под машинку стригучим лишаем; это придает Ефиму Парашину несколько проплешин на затылке.

Уши Ефима Парашина напоминают ракушки - рапаны ( если вы знаете, что такое ракушки-рапаны ). Фима прикрывает их наушниками, из-за чего кажется, что уши у него двойные. Со стороны может показаться, что Фима слушает музыку, но это не так. Фима не слушает музыку, хотя пристальный наблюдатель наверняка заметит, как припухший фимин язык переваливается в промежутке между верхней и нижней челюсью - то Фима подпевает своим до невозможности мерзким голосом. До невозможности, потому, что голос этот невозможно описать.Представте себе яростно ворчащего медведя-гнома, смешайте это ворчание со звуком открывающейся двери и придайте полученному синтезу самый мерзкий тембр, который только можно себе вообразить...