ФРАНЧЕСКО КЬЕЗА

(1871 - 1973)

***

Законами и звездами чреватым,

лишенным божества и красоты

предстало небо человеку: "Ты

не центр Вселенной, ты - ничтожный атом".

Ответил человек: "Я мнил богатым

себя среди руин, но сны пусты;

сны - лишь предвестье жизни, как цветы,

что завязь предвещают ароматом.

Отрадно, если вера мне дана,

но только знанье - правый путь к вершине,

и жребием душа не смущена:

я в царстве мысли создаю твердыни,

утраченные мною в царстве сна.

и я не сплю, я существую ныне".

***

Весенний сумрак, ночь - и все вокруг

цветет. И город в золотые блестки

оделся, как на сказочном наброске

обласканный весной волшебный луг.

О луг златой, что наводнили вдруг

мелодии, напевы, отголоски,

и золотые потекли полоски

во все концы, на север и на юг.

И жизнь шумит, и с ней молва людская,

что медленней и тяжелей течет,

под горним светом звезд не умолкая,

как будто в темной глубине пород

земли, цветущей в ожиданье мая,

глухое бормотанье тайных вод.

***

И был закон, народ, в тебе - мерило,

Твоя судьба тебе же вручена.

Приемли мир и не жалей зерна

Земле, что недра для тебя раскрыла.

Раскована мыслительная сила

Так разогни же смело рамена,

Как раскрывает все цветы весна

Навстречу блеску горнего светила.

Проснись, о человек, и позабудь

Неверие, лукавство и коварство.

Узри лежащий пред тобою путь

Прославя доблесть и презрев мытарства,

Вступи же в кузницу судьбы и будь

Скипетродельцем собственного царства.

***

На небесах высоких торжество;

Там град бесстенный отверзает двери,

И ветр веков, скользя по эфемере,

Приумножает красок волшебство.

И рвенье человека таково,

Что, глядя на миры в небесной сфере,

В костер, пылавший у него в пещере,

Он обронил ребенка своего.

Увы, нам непостижен град верховный,

Младенцы, мы игре своей греховной

Творим кумиров детскою рукой,

А наши очи, что в блужданье праздном

Предали фантастическим соблазнам,

В щепоти праха обретут покой. ИЗ ПОЭТОВ МАЛЬТЫ

ДЖУЗЕ МУСКАТ-АЦЦОПАРДИ

(1853 - 1927)

ЗАЛИВ МАРСАШЛОКК

Какая ночь, какая тишь в просторах!

Луна в заливе занята игрой

Меж волн шныряет, множится в повторах:

Все волны моря - на один покрой.

В серебряных деревьях - тайный шорох,

И тени простираются порой

К тем синим облакам, среди которых

Клубятся звезды, как пчелиный рой.

Какая тишь! Как долго мир беззвучен!

Уснуть не смею: только ждать могу

И, наконец, услышу скрип уключин,

И вот уже бредет пастух с отарой,

И резко на восточном берегу

Бледнеют небеса над Деллимарой.

РЫНОК ТАК РЫНОК!

На мерки продается тут зерно,

На дюжины - что яйца, что ириски,

На бочки, разумеется, вино,

На штуки - тыквы, ну, а суп - на миски.

Изюм - на горсти, так заведено,

Миндаль - на кучки, а треска - на снизки,

На связки - лук, на ярды - полотно,

Мука - на фунты, на бутыли - виски.

Размер, подсчет - на вкус, на дух, на цвет,

Тюки, мешки, рулоны, кучки, бочки

Все продается, исключений нет.

Пусть покупают кто во что горазд!

Издатель, счет переведя на строчки,

Газету, да и совесть, распродаст.

ДУН КАРМ

(1871 - 1961)

ПОЛЯРНАЯ ЗВЕЗДА

Когда, устав от дн*вного труда,

я покидаю города горнило

на севере я зрю тебя всегда,

исконно неподвижное светило.

Пока сестер счастливых череда

вокруг тебя танцует легкокрыло,

как мать, следишь за ними ты, звезда,

благоразумья верное мерило.

Лишь ты одна, недвижная вовек,

ведешь к заветной цели морехода

сквозь ураган и яростную тьму,

и если брата иль отца на брег

чужой и злой закинет непогода,

то подари надежный кров ему.

РАЗВАЛИНЫ