Бушует снег, и намерзает лед,

Померк июль под натиском бурана,

Спустился Феб за пелену тумана

И вдалеке свою подругу ждет.

Злокозненные звезды Ориона

В открытом море губят корабли.

Сатурн и Марс ярятся распаленно.

Трубит Эол во всех концах земли,

Нептун встревожен, мечется Юнона

Когда Она скрывается вдали.

***

Но стоит улыбнуться ей, нежданно

Явив пред нами тысячи красот,

В глубинах Монджибелло труд замрет

Хромого Сицилийца-великана.

Юпитер стрелы кузнеца Вулкана

В колчан миролюбиво уберет;

Восходит Феб на ясный небосвод,

И с ним Юнона вновь благоуханна.

Цветы и травы землю облекли,

Зефир к востоку реет неуклонно,

И кормчим покоряются рули,

Уходят злые тучи с небосклона,

Узнав Ее прекрасный лик вдали,

Той, по которой слезы лью бессонно.

***

– Жизнь - это счастье, а утратить честь

Мне кажется, не столь большое горе.

– Нет! Если честь несвойственна синьоре,

То в ней ничто нельзя за благо счесть.

Она мертва - пусть даже пламя есть

В ее измученном и скорбном взоре.

Дорога жизни в тягостном позоре

Страшней, чем смерть и чем любая месть.

Лукрецию бы я не осуждала,

Когда б она без помощи кинжала

В великой скорби казнь свою нашла.

Подобных философий очень много,

Все низменны, и лишь одна дорога

Уводит нас от горечи и зла.

***

Благой король, на чьем челе корона

Наследная, готов громить врага

И обломать поганые рога

Безжалостным сатрапам Вавилона.

И с нетерпеньем ждет родное лоно,

Что Божий самый ревностный слуга

На тибрские вернется берега.

Не претерпевши на пути урона.

Не бойся, что тебе готовят ков:

Твой нежный агнец истребит волков

Пусть каждый хищник станет осторожен!

Так воплоти мечту сегодня в явь

И Рим в его надеждах не оставь:

Христу во славу меч достань из ножен!

***

Душа благая, что угодна Богу,

Что прежде в плоть была облачена,

Но не погрязла в суетной гордыне

И менее других отягчена

Тебе легко отправиться в дорогу;

К обители небесной благостыни

Ты в лодке хрупкой отплываешь ныне,

Отринув от себя соблазн мирской.

Легко и невесомо

Зефиром благовеющим несома

Средь мира, где объемлет род людской

Греховная и тягостная дрема.

Ты, видя гавань на пути далеко,

Спеша найти покой.

Взыскуешь истого достичь Востока.

Мольбы людские, жалобы и просьбы,

Великим гневом благостно горя,

На суд предстали во святые кущи,

И все же им одним благодаря

Вовеки на земле не удалось бы

Добиться справедливости грядущей.

Но, на Восток взглянули, Всемогущий

Воспомнит час распятья своего

Там, на священном месте,

И Карлу новому мечту о мести

Даря, ему готовит торжество;

На помощь ныне ко своей невесте

Грядет Господь, могуч и непреклонен,

От голоса его

Уже дрожат оплоты вавилонян.

В любом дому - от гор и до Гароны,

От Рейна до приморских берегов

Готовятся к сраженью христиане,

Ярясь во славу Божью на врагов,

Испания, собравши легионы,

Уже давно в пути на поле брани,

Британия в холодном океане,

Вблизи страны нетающего льда,

Глядит туда, где снова

Звучит святого Геликона слово,

Ее сыны уже сейчас туда

Спешат во имя замысла благого,

Столь розные по речи и одежде.

Кто видел и когда

Подобный гнев единодушный прежде?

Пусть северные страны как бы дремлют,

Угнетены морозом искони.

Там небо низко и поля бесплодны,

Но там в седые, пасмурные дни

Народы жребий воинский приемлют,

Они, от страха гибели свободны,

Разобщены, но Господу угодны,

С германской страстью выкуют клинки,

И горе лиходеям