– Ну, входите уж, Иванов, Петров, Сидоров. А еще Смирнов и кто там еще-то?

– Сегодня Нежданов, служба экологии.

– В нашем городе есть такая служба? – удивилась Надежда.

– Да какая разница?

– Вообще-то верно, разницы никакой. Он протянул ей букет.

– Позвольте преподнести вам, Надежда Николаевна, в знак моей благодарности и глубокого уважения.

– Спасибо, конечно, но…

– А вот еще, – он вытащил огромную коробку конфет.

– Мне же нельзя столько сладкого! И потом, как я объясню…

– Мужу скажете, что сотрудники подарили вам это на день рождения.

– Но день рождения у меня только через три дня.

– Но вы же ходите на работу раз в неделю, стало быть, на свой день рождения на работу не попадаете, вот сотрудники и решили поздравить вас заранее.

– Может быть, вы не знаете, а уж муж-то мой точно знает, что сотрудники мои, да и я сама в том числе, третий месяц сидим без зарплаты, так что не только на такой букет, а и на одну розочку у них нет денег скинуться.

– Ну, придумайте что-нибудь, скажите, что цветы от вашего давнего поклонника или расскажите мужу правду, что вы мне помогли с информацией, и я вам за это глубоко благодарен.

– Ой, что вы, что вы, я уж лучше про поклонника, тогда он все-таки меньше меня ругать будет! Ну, ладно, давайте чай пить с вашими конфетами, чтобы скорее кончились, и вы мне расскажете, что можно.

– Как я и предполагал, соседей ваших убили по ошибке. Там со связью получилась накладка, досадная случайность. А заказывали киллеру Олега Примакова с женой, да только там тоже произошла неувязочка.

– Какой-то киллер неаккуратный, все время ошибается!

– Больше не будет, в его профессии ошибки не прощаются. Нашел я и заказчика, нанимал он убийцу для решения, так сказать, квартирного вопроса, там сосед постарался.

– Так он и тетю Нюру может заказать? – испугалась Надежда.

– Ни он, ни сосед этот чокнутый этими делами больше заниматься не будут.

– А вы их?..

– Я сделал свою работу – сообщил своим нанимателям, кто заказывал убийство их сотрудника Геннадия Березина, а это уж их дело, как они с ним поступят, но, судя по всему, мало ему не будет. А с соседом я так уж просто потолковал, уж больно противный тип, ведь из-за него все началось.

– Так я могу не волноваться за здоровье тети Нюры? Мы с ней последнее время подружились.

– Да. Вот только, неясно мне, почему они напустились на племянника, ведь старуха-то жива, и еще может лет десять прожить. Если только… ладно, я выясню.

Они еще немного посидели, поболтали по-дружески, потом он попрощался и ушел. Конфеты Надежда спрятала в шкафчик на балконе, туда уж муж точно в ближайшее время не полезет!

В районной поликлинике, где лечилась пенсионерка Примакова, произошло ЧП. Ночью кто-то влез в помещение лаборатории, посуду и препараты не тронул, но уничтожил все записи за последний месяц. Потом неизвестный проник в регистратуру и нахулиганил там – разбросал карточки, некоторые изорвал. Беспорядок был страшный, но, поскольку ущерб был нанесен небольшой, то большого шума поднимать не стали, решили, что какой-то наркоман вломился в лабораторию по ошибке, думал, что это аптека. Зав отделением распорядился все записи в карточках восстановить, а недостающие анализы взять у больных по-новой.

Таким образом участковый врач Марина Евгеньевна и узнала, что предыдущий анализ Анны Матвеевны Примаковой был ошибочный, перепутали что-то девочки-лаборантки. Марина Евгеньевна порадовалась, что не успела вызвать родных Анны Матвеевны и расстроить их дурной вестью. А бабуля для семидесяти восьми лет была довольно бодрая и, если так и дальше пойдет, проживет еще лет десять.

Маклер Володя проснулся как от толчка. В комнате горел свет – не яркая люстра, а небольшая настольная лампа под зеленым шелковым абажуром. Володя подумал было, что забыл выключить лампу перед сном, но тут же понял свою ошибку. В комнате были посторонние, совершенно незнакомые ему люди, один из них высокий, худой, в длинном плаще оливкового цвета стоял возле книжного шкафа и листал книжку Пыляева «Старый Петербург». Второй постарше и поменьше ростом сидел в кресле и наблюдал за просыпающимся Володей.

– Доброе утор, Владимир Анатольевич! Мы вас разбудили?

– Кто вы такие? Как сюда попали? Я сейчас милицию вызову!

– А вот это вряд ли, – незваный гость покосился на телефон с коротко обрезанным шнуром.

Худой человек в плаще поставил Пыляева на место, в один шаг подошел к лежащему Володе, наклонился к нему и каким-то заботливым жестом заклеил его рот узкой полоской пластыря.

– Это чтобы вы не шумели понапрасну, соседей не тревожили. Время еще раннее, многие спят… Мы вам потом пластырь снимем обязательно, мы с вами поговорить хотим, а пластырь мешает. Только мы его не здесь снимем, а в другом месте, где никто не помешает нашему разговору. Вы пока оденьтесь, вот вещи ваши мы уже приготовили, – мужчина показал на стул в изголовье кровати, куда была брошена Володина одежда.

Володя смотрел на двух незнакомцев в ужасе. Он попытался крикнуть, но пластырь не давал издать ни звука, а когда он попытался сорвать пластырь, худой резко ударил его по ключице ребром ладони, так что от боли потемнело в глазах, – сам же при этом продолжал улыбаться и увещевал Володю:

– Нет, не надо, Владимир Анатольевич! Мы же вас не хотим связывать, со связанными руками одеваться неудобно. Вставайте, одевайтесь, мы с вами поговорить хотим. Вы ведь человек умный, воспитанный, глупостей никаких совершать не намерены.