Шрифт:
А то придется больно вам сделать, очень, очень больно…
От его мягкого, почти ласкового голоса маклеру сделалось нестерпимо страшно. Дело в том, что маклер Володя с детства очень боялся боли. От одной мысли о том, что его будут бить, пытать, мучить, ему становилось плохо. Он встал, послушно, как тряпичная кукла, оделся и пошел к дверям. Он понимал, что боль все равно будет, что они для того и увозят его, чтобы пытать в таком месте, где никто не помешает, но воля оставила его, ему хотелось хоть немного отложить неизбежное…
Возле дверей старший из гостей взял его под руку и незаметным движением ткнул в бок страшное узкое лезвие.
– Владимир Анатольевич, мы с вами сейчас по лестнице пойдем. Время, конечно, раннее, но вдруг кого из соседей встретим, а у вас пластырь на лице… неудобно как-то будет. Так что давайте-ка мы пластырь пока отлепим, а вы будете себя вести по-умному, тихо, а то видите, ножичек-то – аккурат против сердца! Неприятно будет.
С этими словами он резким движением сорвал пластырь, пока его худой напарник открывал знаменитые Володины бронированные двери.
– Хорошие двери у вас, – покосился тот на маклера, – надежные. Сколько платили?
На такое откровенное издевательство Володя никак не отреагировал. На лестнице они никого не встретили. Внизу у подъезда их ждала синяя «вольво» с молчаливым угрюмым шофером. Немного попетляв по городу, машина подъехала к огороженной стройплощадке. Володю вывели из машины и повели по лестнице без перил на верхний этаж недостроенного дома. С каждым этажом Маклеру становилось все хуже и хуже – страх высоты накатывал на него волнами тошноты и головокружения, и все меньше и меньше верил он, что выберется из нынешней переделки живым.
– Что вам от меня нужно, – наконец проговорил он пересохшими губами.
– Что нужно? Вопрос резонный, – глумливо ответил старший, – нужно нам, Владимир Анатольевич, чтобы вы нам рассказали, зачем вы убили Геннадия Березина.
– Кого?
– Не надо глухого из себя изображать! Геннадия Березина, да еще жену его впридачу.
– Я никого не убивал!
– Понятно, что не убивал. Кишка тонка. Сам не убивал, а человека для этого дела нанял. Вот и скажи – зачем. Что у тебя за дела были с Геной Березиным и кто за тобой стоит.
За приятным разговором они поднялись уже на последний девятый этаж строящегося дома, вышли на плоскость бетонного перекрытия. Володю подвели к его краю, там, где ничем не огороженный зиял черный провал в будущую шахту лифта – и худой верзила, надавив ему на шею, наклонил его над этим черным провалом, из которого явственно несло тьмой, холодом и смертью. Маклер пытался отшатнуться от края перекрытия, но железные руки не давали ему тронуться с места.
– За что ты убил Березиных?
– Да не знаю я никаких Березиных! Первый раз эту фамилию слышу!
Железные руки пригнули его еще ниже к черному провалу.
– За что ты убил Березиных?
Догадка шевельнулась в Володиной голове. Он вспомнил странный разговор с киллером… Все встало на свои места.
– Это была ошибка! Киллер перепутал!
– Ты, что же, шутить с нами вздумал? Ну, смелый ты, Вова, человек. Только знаешь, со смертью шутки шутить – накладно выходит. У нее всегда смешнее будет. Подумай-ка еще разок, может, получше что выдумаешь? А то надоело мне уже твою хреновину слушать. Это надо же – киллер перепутал!
Железные руки клещами впились в его шею, еще глубже пригнув его к смертельно зияющему провалу.
Оксана ворочалась без сна и все явственнее понимала, что маклер Володя намерен ее надуть в операции с офортами. Беспокойство в ее душе все нарастало, не в силах дольше терпеть неизвестность, она набрала его номер. Телефон был занят. С кем это он разговаривает глубокой ночью? Объяснение могло быть самым прозаическим – например, трубку на рычаг забыл положить, но накопившиеся в душе Оксаны подозрения и скрываемая от самой себя ревность толкнули ее из дому. Она оделась, взяла машину и помчалась к дому маклера на Большой Посадской.
Первое, что она заметила, подъезжая к его дому, – что она следит за ним не одна. Невдалеке от подъезда стояли невзрачные бежевые «Жигули», в которых просматривался пригнувшийся к рулю силуэт мужчины. Так-так, это старый знакомый Леопольд Казимирович не может угомониться. Опять послал следить за Володькой своего, как он выразился, молодого друга! Возле самого подъезда стояла «вольво» с включенным мотором, в ее салоне тоже кто-то был. Оксана порадовалась, что решила съездить сюда ночью – здесь явно назревали какие-то события.