–  Да?

–  Подумайте, не поделиться ли этой техникой с нами. Харли улыбнулся.

–   Вы же знаете, Алекс, что этого я не могу. Даже если бы захотел, все равно не мог бы. Надо подписать соглашения. Их должен утвердить Конгресс. Попробуй я только - мне устроят единогласный импичмент.

–  Да, конечно. Что ж, мне казалось, что попытку сделать стоит. И природа тигра такова, что с него нельзя спрыгнуть.

В Овальном кабинете стало зябко.

Гарри ждал в приемной, когда Тайманов вышел. Обремененный собственными проблемами Гарри не обратил особого внимания на посетителя, который быстро прошел мимо и скрылся в коридоре.

Гарри не знал, как лучше себя вести в Овальном кабинете. И он действительно еще не составил собственного мнения по вопросу о ДНК и все еще пытался разложить все по полочкам, когда секретарь пригласил его войти.

Харли вышел из-за стола, обратился к нему по имени, пожал руку и сел рядом за рабочий столик у окна. Они были вдвоем, никаких агентов секретной службы, никаких советников по науке.

–  Как дела в Годдарде?
– спросил Харли.

–  Отлично, мистер президент.

Помощник принес кофе, разлил его в две чашки и удалился.

–  Что у вас для меня есть, Гарри?
– спросил президент.

–  Еще один прорыв, мистер президент. Вы знаете, кто такой Сайрус Хаклют?

–  Фамилия знакомая.

–  Микробиолог, генетик. Он говорит, что сейчас ему становится известно, как управлять генами.

–  И что это значит?

–  Он раньше носил очки. Сильные. Сейчас у него зрение - единица.

–  Вы хотите сказать, что у нас объявился дурак, который ставит эксперименты на себе?

–  Сайрус отнюдь не дурак, мистер президент.

–  Не важно. Уже был несчастный случай, и больше мне не надо.
– Президент вздохнул.
– Так какой же вывод следует сделать? Что у нас есть средство от астигматизма?

–  Похоже, он считает, что может дергать ДНК так, чтобы она лучше работала. Не только в смысле зрения.

–  В самом деле? Отлично. И это применимо ко всему населению?

–  Он говорит, что да.

–  Что ж, это прекрасно. Можем дать каждому приличное зрение.
– Президент снял очки, посмотрел на них.
– Дайте мне какое-то подтверждение, Гарри. Мне нужна абсолютная уверенность. И как только она у меня будет, мы это огласим для публики… - Он остановился и наморщил лоб: - Вы сказали, не только зрение? А что еще?

–  Он считает, что почти все. Сердечные болезни. Он упоминал менингит.

–  Рак?
– спросил президент.

–  Да, и рак. Так он говорит. Может быть, не излечивать, это я не совсем понял. Но остановить. То есть сделать так, чтобы никто больше им не заболевал.

–  Чудесно! Гарри, это просто невероятно! Что еще?

–  Я полагаю, практически все. Президент сиял.

–  И врожденные дефекты?

–  Да.

–  О'кей.
– Президент внимательно посмотрел на Гарри.
– Вы чего-то не договариваете.

–  Сайрус считает, что люди перестанут разрушаться с возрастом, мистер президент. Он говорит, что может научиться лечить старость.

У Харли челюсть отвисла, и он повторил будто про себя:

–  Лечить старость. Что это значит?

–  Насколько он мне объяснил, вам делают пару уколов, и вы прекращаете стареть.

–  Бог ты мой! Надолго? То есть сколько времени длится эффект?

–  Никто не знает. Сайрус говорит, что не видит причин, чтобы это не было бессрочно.

–  То есть люди перестанут умирать?
– Харли стал медленно подниматься с кресла. На лице его поочередно промелькнули радость, ошеломление, беспокойство, восторг.

–  Очевидно. Конечно, пока это все еще теория. Уверенности быть не может, пока не будут проведены кое-какие эксперименты.

–  Понимаю.

–  Я должен вам сообщить, что никаких серьезных экспериментов не проводилось из-за ограничений секретности, и никого со стороны не привлекали. Но Сайрус пользуется заслуженной репутацией, и он говорит, что не видит причин, почему бы это не получилось.

Наверху прокатился гром, порыв ветра ударил в окна, хлестнув дождем.

–  Так, - сказал президент.
– Еще что-нибудь, Гарри?

–  Нет, сэр.

–  Впрочем, этого уже достаточно, правда?
– спросил, улыбаясь, президент.

–  Я думаю, что да, мистер президент.

–  А что до того, чтобы… - Президент не договорил и подошел к столу, включил спикер.
– Джейн, дайте мне Тилмана.

Фамилия была Гарри не знакома. Президент снял трубку телефона.

–  Джим, надо усилить охрану «Геркулеса». Вы передаете все работы агентству национальной безопасности. Немедленно.
– Он послушал ответ, кивнул и посмотрел в окно, где бушевала непогода.
– Так будет правильней. Нельзя терять ни минуты.