Но когда она вышла из дома, Сэм уже ушел.

У Майи похолодело в животе, но она села за стол в летнем саду и выпила за свою независимость.

Вино оказалось горьким, как полынь.

На следующий день Сэм прислал ей в магазин букет простых и жизнерадостных цинний, на языке цветов означавших, что он думает о ней. Майя сомневалась, что он знал магическое значение такого букета, но тем не менее размышляла над этим, выбирая подходящую вазу.

Присылать цветы было не в его стиле. Даже когда они были безумно влюблены друг в друга, он редко делал такие романтические жесты.

Впрочем, карточка многое объясняла. В ней было написано:

«Мне очень жаль.

Сэм».

Поняв, что она не работает, а улыбается, Майя отнесла вазу вниз и поставила ее на стол рядом с камином.

–  Какие чудесные цветы!
– глядя на букет, проворковала остановившаяся рядом Глэдис Мейси.
– Из твоего сада?

–  Нет. Это подарок.

–  Ничто не улучшает женщине настроение быстрее, чем цветы. За исключением чего-то блестящего, - подмигнув, добавила Глэдис. При этом она осторожно покосилась на левую руку Майи [14] . Однако ее взгляд не остался незамеченным.

–  Женщина, которая сама зарабатывает себе на хлеб, обычно может купить себе что-то блестящее в соответствии со своим вкусом.

–  Это совсем другое дело.
– Глэдис слегка сжала руку Майи.
– На прошлый день рождения Карл подарил мне пару серег. Конечно, страшных как смертный грех. Но когда я их надеваю, то прекрасно себя чувствую… Я остановилась только на минутку. По пути в кафе. Хотела посмотреть, как себя чувствует Нелл.

–  Нелл чувствует себя прекрасно. Когда она станет утверждать, что ее живот уже прекрасно заметен, не разубеждайте ее. Это доставляет ей удовольствие.

–  Еще бы… Я уже заказала новую книгу Кэролайн Трамп. Мы все не можем дождаться ее приезда. Книжный клуб поручил мне узнать, согласится ли она провести читательскую конференцию перед раздачей автографов.

–  Я постараюсь устроить такую конференцию.

–  Тогда сообщишь нам. Мы обеспечим ей прием, достойный Трех Сестер.

–  Очень на это рассчитываю.

Майя сама позвонила в Нью-Йорк. Затем она проверила заказы, позвонила распространителю, пожаловалась на задержку доставки нот, а потом взялась за пачку заказов, поступивших по электронной почте.

Поскольку Лулу была занята, Майя заполнила их сама, добавив к каждому сообщение о том, что можно будет заказать экземпляры с подписью Кэролайн Трамп, и отнесла открытки на почту.

На обратном пути она столкнулась с Маком.

–  Привет, красавчик.

–  Ты - именно та женщина, которую я искал.

Майя улыбнулась и взяла его под руку.

–  Все вы так говорите… Идешь в кафе, чтобы пообедать с Рипли?

–  Я шел в магазин, чтобы поговорить с тобой.
– Он опустил взгляд и увидел ее туфли на высоких каблуках.
– Раз так, нет смысла приглашать тебя на прогулку по берегу.

–  Туфли можно снять.

–  Порвешь колготки.

–  Я их не надела.

–  Ох… - Мак слегка покраснел, что доставило ей удовольствие.
– Раз так, пошли. Конечно, если у тебя есть несколько свободных минут.

–  Для симпатичного мужчины у меня всегда найдется время… Как продвигается твоя книга?

–  Так себе.

–  Когда закончишь, будешь надписывать ее в кафе «Бук».

–  Раздача автографов автором научной книги о паранормальных явлениях вряд ли привлечет толпу поклонников.

–  В кафе «Бук» соберется толпа, - заверила его она.

Они перешли улицу и двинулись к берегу, лавируя между пешеходами. С пляжа возвращались обгоревшие на солнце семьи, шедшие в поселок перекусить или выпить чего-нибудь холодного. Навстречу им шли другие, нагруженные сумками-холодильниками, зонтиками, полотенцами и ширмами.

Майя сбросила туфли.

–  Толпа приехавших на солнцестояние скоро схлынет, но на Четвертое июля прибудет новая. Лето для Трех Сестер выдалось удачное.

–  Обычно лето проходит быстро.

–  Ты думаешь о сентябре. Понимаю твое волнение, но у меня все под контролем.
– Не услышав ответа, Майя опустила темные очки и посмотрела на него поверх стекол.
– Ты во мне сомневаешься?

Мак ощущал чувство вины за то, что скрыл от Майи случай с Лулу, не желая ее тревожить.

–  Конечно, ты можешь справиться со всем…

–  Но?

–  Но… - Он положил ладонь на ее руку.
– Ты играешь по правилам.

–  Если понадобится, я нарушу любые правила.