–  Как под землю?
– удивился Игорек.

–  Это неизвестно, - решительно отрезал старик. Так, очевидно, говорил ему еще его прадед.
– Под землю - и все. Рассказывают: по ночам и до сих пор тут земля, бывает, гудит, а то, говорят тоже, звон в этом месте слышен из-под земли и еще будто в какую-то ночь огоньки светятся, где баранов закопали.

Он поднял голову и неожиданно засмеялся.

–  Мало ли что говорят, только это уже хоть и заманно, а выдумка - про звон да про огоньки. А про кудеяров да про попа - это точно. И идет этот сказ от деда к внуку… давно было. Ну и прибавляют по малости. Я вот тоже, может, прибавил малость.

–  Значит, они язычники были?
– спросил Игорь немного разочарованно.
– Не христиане?

–  В богородицу они, значит, не верили?
– уточнил вопрос Глеб.

Старик дернул плечами.

–  Да в верах и в нонешних не разберешься… Может, и верили. Моя мамка-покойница такая была молельщица, в церковь на каждую службу ходила, попу последнюю копейку несла, а на груди заговорные кости носила в мешочке.

–  Бараньи?
– быстро спросил Игорь.

Старик посмотрел на него с изумлением.

–  Чего бараньи?

–  Кости, спрашиваю, бараньи?

–  Какое там! Кабы бараньи. Жабьи кости. Тьфу!
– старик даже сплюнул.

–  А бараньи кости бывают заговорные?
– продолжал допытывать Игорь.

–  Кто их знает? Может, и бывают. Так вот мать моя домовому молочка в чашке на печку каждый понедельник ставила. Я тогда махонький был. Ну за домового и выпивал крадьком. Обман, конечно, но мамке приятно было: мол, не побрезговал хозяин. И мне на пользу.

Это я к чему? Уж коли настоящие христиане во всякую чертинку веровали, почему нехристям было в богородицу не веровать… Кипит ушица-то.

Дед по-хозяйски взял из рук задумавшегося Игоря ложку и начал снимать с варева пену.

Глеб внимательно присматривался к древнему старику. Кто он? Откуда? Мальчик знал, кажется, всех жителей окрестных сел, но этот ветхий дед ему совсем незнаком.

–  Вы не из Бурсова, дедушка?
– спросил Глеб.

–  Богдановский, - отрицательно покачал головой старик.

Мальчик очень удивился. Это не укрылось от хитрого деда.

–  Думаешь, обманываю? Знаю, вы и сами богдановские, а меня не видели. Не было меня в селе шесть лет.
– И добавил с заметной гордостью: - В районе работал.

–  Пасечником?
– Игорю казалось, что только на пасеке и мог работать этот удивительный дед. Мальчик был очень удивлен, почти разочарован, когда узнал, что старик работал в районном инкубатории.

–  Жил в районе у старшей внучки, да вот опять в лес потянуло. Со службы уволился - глаза плохи стали, а мне за термометром следить приходилось да за гигрометром.

Странно звучало «термометр, гигрометр» в устах древнего, почти сказочного деда. Честно сказать, Игорек сам не вполне ясно себе представлял, что такое гигрометр.

–  Сторожем меня в инкубатории оставляли. Да только я не хочу - работа эта скучная.
– Дед, видимо, немного рисовался.
– Пенсию получаю полную, только без работы сидеть муторно. В поселке особенно… Посидел там две недели без дела - замаялся, чуть от скуки с ума не сошел. Вот и вернулся сюда в лес.

–  В какой лес?
– удивился Игорь.

–  То и дело, что в никакой. Ты вот не знаешь, а тут, внучок, такой лес был - непроходный. Ещё перёд войной этой… А раньше… когда я ещё был помоложе - и говорить нечего. Теперь что? Название одно осталось - «лес».

–  А здесь у кого живете?
– поинтересовался Глеб.

Рассказал старик, что живет у лесника и самому Тихоновичу приходится прадедом.

–  Так у вас ещё и праправнучка есть, - удивился такому многоэтажному родству Игорь, - Верка лесникова, Вера, - поправился он, розовея.

–  Ага, - закивал головой прапрадед.
– Пожито - пережито, что и говорить. Всякого повидано, и лакомого и незавидного. Теперь бы еще пожить, по земле походить, да недолго уже…

Сейчас только старик заметил, что Игорь с интересом рассматривал его обувь. Поднял дин лапоть, легонько постукал по лубу костяшкой согнутого пальца.

–  Э-эх! Сколько сот таких лыковых красавчиков сношено! Только ты не думай, что я всё и сейчас в лапоточках хожу. Это я стариной тряхнул, сплел на днях от нечего делать. Не видал небось? На, посмотри.