Шрифт:
– - Девять месяцев и двадцать один день...
И мы узнали, что матрос отбывал год штрафных работ, а на базе подметал территорию, то есть занимался хозработами и, вообще, был на подхвате. Три дня назад его "забыли" на гауптвахте. Бригаду, которая здесь размещалась, перебросили куда-то на север в горы. Двое суток он просидел без воды и пищи, пока "губу" не развалило взрывом, а подразделение моряков, которое осталось охранять базу, то ли погибло, то ли разбежалось. Матросу еще повезло, потому что гауптвахта находилась в самом неудобном месте - в расщелине скал, и ее зацепило лишь отчасти.
– - Какая у тебя специальность?
– спросил Лука.
– - Матрос второй статьи Григорий Кутуз, - приставив к ноге автомат, вытянулся штрафник.
– Моторист!
На его бескозырке красовалась надпись: "Варяг".
– - Молодец!
– оценил Лука.
– - Нам как раз нужен такой человек. Что ты натворил?
Матрос замялся.
– - Ну?..
– - Извиняюсь, упал за борт...
– - Как это?
– - Извиняюсь, нажравшись был...
– - Ну и что?
– - Извиняюсь, вместе с боцманом...
– - Боцман цел?
– - Цел...
– - Понятно, -- спрятал улыбку Лука.
– - Я снимаю с тебя судимость под свою ответственность.
– - Не пойдет, -- встав в позу вольно, возразил матрос.
– - Почему?
– - Прокурор не поверит.
– - Временно, - предложил Лука Федотов, - пока идут боевые действия? Потом вернешься в свой карцер.
– - А пост?..
– кисло осведомился матрос.
– - Насколько я понимаю, ты его сам принял?
– - Так точно, -- снова вытягиваясь по стойке смирно, ответил матрос.
– - Я тебя освобождаю как старший по званию.
– - Так точно!
– - Базу эту потом отобьем. Куда она денется. Все равно она наша.
– - Так точно!
– обрадовался матрос.
Вдруг к равномерной работе "токсуя" добавились еще какие-то нарастающие звуки.
– - Ну решайся!
– крикнул Лука, с тревогой бросая взгляд то на воды фьорда, то на небо.
Звуки усилились. Их источник был не понятен.
– - А пожрать у вас есть?
– - У нас все есть, -- лихо вмешался Леха.
– Даже водка!
Матрос полез в машину и уселся рядом с Федором Березиным, почтительно покосившись на его летную форму.
Из-за горы вынырнул "бонга" -- средняя боевая машины черных ангелов, но мы как раз находились в низине, да еще и под скалами, и прежде чем "бонга" развернулся над заливом и заметил нас, Лука свернул в какой-то туннель, в котором, к счастью, была выбита одна половинка створок огромных ворот. Внутри было темно и сыро. К тому же оказалось, что гора от взрыва осела, и вместо проезда мы увидели каменную осыпь.
Лука заглушил двигатель. Шумело море, и кричали чайки.
Мы с Лехой поспешили на разведку. На этот раз Лука не отпустил меня одного - кабы не сотворил чего такого, что не укладывалось в общепринятые рамки логики.
"Бонга" как раз заходил из-за старой крепости. Солнце светило вдоль бухты, и нам все хорошо было видно. Он плавно перевалил через гору, миновал старую башню або, на вершине которой росло сухое дерево, повертел носом, как бы поискав нашу машину, и взял пеленг точно на пещеру, в которой мы сидели. Ну да, куда еще мог деться "токсуй" красного цвета?
– - Момент...
– - самоуверенно произнес я.
Леха вылез на свет божий следом за мной. На лице его было написано любопытство - ведь он же видел, как я разделался с "гирвасом" и "пирсом". А мне по глупости не терпелось испытать себя еще раз.
Как только "бонга" оказался над водами фьорда, я выбросил перед собой руку, не особенно о чем-то думая, вернее, совсем не думая, а еще меньше -- что мне надо сбить эту штуковину. В результате вышло то, что вышло: я дематериализовал те первые ракеты, которые он выпустил, а уже на самого "бонга" мне энергии не хватило. Хорошо хоть, "бонга" не использовал нибелунши. Я не знал, как действует чоппер на подобного вида энергию, и может ли альдабе защитить нас с Лехой от нее. А вообще, все это была большая авантюра.
Похоже, пилот был удивлен не меньше, чем я, потому что едва не врезался в склон горы, но в последний момент отвернул и пошел на новый заход. Должно быть, он решил, что ракеты не вышли из сопел.
"Бонга" так быстро сделал круг над фьордом, что мы с Лехой и глазом не успели моргнуть.
– - Давай еще раз!
– крикнул, оглядываясь, Леха.
Но я едва держался на ногах. Я знал, что в таком состоянии не то, что сбить "бонга", мухи не смогу обидеть.
Леха посмотрел на меня и сообразил - подставил плечо.