Шрифт:
— Узнаю. У того же "Саши в кубе"
— Да, так он тебе и скажет!?
— Спорим — скажет!
Спорить Мазуров не любил.
— Ну, узнаешь — молодец будешь.
— Что — слабо спорить то?! — настаивал Косарев.
— Да, причем тут слабо?! Что нам дальше то по этим спискам делать? — обратился Мазуров к Колодникову.
Тот чуть подумал, потом решил.
— А вы продолжайте свою работу. Изучите этот список до конца, и попробуйте узнать, что они хотят делать с этими бедолагами.
Потом Косарев вспомнил кое-что еще.
— Да, слушай, Андрей. Есть там один интересный тип, отставной майор, по Павлова десять. Вот с ним можно хорошую комбинацию провести.
Колодникову было не до этого, пора было ехать в отдел, на совещание.
— Давайте-давайте, только в пределах закона.
Косарев изобразил удивленное лицо.
— Андрей, ты меня учишь соблюдать закон? Меня?!
Колодников замахал руками.
— Иди, Георгиевич, иди!
— Да нет, мы уж лучше поедем.
— Мне тоже ехать надо. Алексей, — Колодников обратился к Шаврину, — ты адрес этого Дегтяря узнал?
— Да, ноновцы дали. Это не так далеко, на Лермонтова.
А два подполковника поехали на улицу Павлова, в дом номер десять. В квартиру они попали с помощью ключа, и в этом был свой резон. В первый раз они побывали в квартире отставного десантника так же, как Сонька Зубаревская, с помощью открытой двери. Решив, что так дело не годиться, они нашли ключ от двери, сделали с него копию, а сегодня решили вернуть настоящий ключ хозяину. Сам он встретил незваных гостей на пороге зала. Вид у него был недоуменный и похмельный. Проснувшись полчаса назад он не нашел у себя ни капли спиртного и даже не смог выйти из квартиры за похмельной дозой. Ключи словно черт похитил.
— Так, ну что господин майор, вы выспались?! — с порога резко обрушился на Сокова Косарев. Уж это он делал виртуозно, с редким напором и гонором. Порой он просто подавлял людей с более слабой психикой.
— Вы кто? — спросил Соков. Между тем его гости разделись, прошли в зал, и здесь уже продолжили разговор.
— Кто ты — мы знаем. Майор в отставке Иван Матвеевич Соков. А мы выше тебя по званию. Подполковник милиции в отставке Косарев, Георгий Георгиевич.
— Подполковник Мазуров, Иван Михайлович.
— Михалыч, поставь чайничек, — попросил Георгий.
Хозяин недоуменным взглядом проводил гостя на кухню, потом нахмурился.
— Чем обязан? Я что, под следствием?
— Ты вот что лучше скажи ты- хороший офицер? — спросил Косарев, усаживаясь на диван.
— Ну да.
— Тогда скажи ещё кое что: какого хрена ты пьешь?
Соков насупился.
— А это уже не ваше дело.
— Нет, наше! К тебе такая Сонька Зубаревская приходила?
— Сонька? Какая еще, нахрен, Сонька? А, эта, из четвертого подъезда. Приходила.
— Что говорила?
— Да, что, хотела, чтобы я квартиру продал ей.
— И ты согласился?
— Да хрен ей в грызло! Хотя… — он почесал ухо. — Надо ее продавать, да ехать к детям, в Пермь. Жена, Надька, у меня туда смылась, сучка.
— Это Сонька тебя так круто водкой затарила? — спросил Косарев, кивая в сторону пустой батареи водочных бутылок.
— Еще чего! У меня пенсии еще хватает, да, я же еще и работаю, то есть, работал в охране. На книжке кое-что есть еще. А, кстати, куда водка то девалась?
— Мы забрали.
Соков опешил. Тут подоспел чай, и под это чаепитие подполковники постарались донести до майора перспективы развития его отношений с Зубаревской. Тот от таких дивных перспектив просто ошалел.
— Ни хрена себе! Это что, я так мог оказаться в подвале бомжом? Вот это подругу я себе нашел! Лучше бы просто застрелился.
— Ну, человек сорок она уже бомжами сделала, так что чем ты то лучше? Часто она у тебя бывает?
— Да, считай каждый день. Раза три была уже. Что ж мне ее, курву, на портянки порвать?
— Зачем рвать. Это тебе не афган, и она не душманка. Тут все надо по закону. Давай думать, что делать, майор.
Они просидели за разговорами до темна. После их ухода Соков впервые за этот месяц залез в душ, а потом даже хотел побриться, да вспомнил, что про это говорили два отставных мента.
— Ну, ладно, будем жить так, гвардия, — пробормотал он, и отдал честь своему отражению.
ГЛАВА 27
С утра Астафьеву позвонила Влада Зарецкая.