Нельзя сказать, что Юрий не любил своего сменщика, но очень уж не хотелось делиться с ним своей добычей. Тот парень из Кривова не потребовал себе никаких лавров или дивидендов, значит, можно будет проявить "чудеса" интуиции и профессионализма. Так что когда в потоке машин Морозов рассмотрел зеленый малахит мамоновской "десятки" с толстой физиономией прапорщика за лобовым стеклом, он возликовал: "Есть, попался, карась!"

Торопливо, едва глянув в документы, Юрий пропустил два грузовика и, дождавшись "десятку", обратился к Жучихину:

– Добрый день, предъявите ваши документы.

Прапорщик, широко улыбаясь, вылез из машины и протянул инспектору корочки. Пот, не переставая, струился по его лицу, и опытный таможенник сразу отметил это. Едва взглянув в документы, Морозов спросил:

– Что везете?

– Да свежие фрукты.

На заднем сиденье действительно громоздились четыре плоских ящика с поздней черешней и ранними абрикосами.

– Это все?

– Нет, еще два ящика в багажнике, - торопливо ответил прапорщик, вытирая лоб насквозь промокшим платком.
– Сейчас открою...

– Не надо, - прервал его Юрий.
– Проезжайте, пожалуйста, к пункту досмотра.

Таможенник указал в сторону большого навеса, под которым находился бокс, оборудованный подъемником. Жучихин мгновенно понял: "Все! Спалился!"

– Хорошо, - с трудом выдавил он, сел за руль, но посмотрел на него так, словно впервые увидел и его, и рычаг переключения скоростей. Через минуту он все же собрался, завел мотор, осторожно тронулся с места, но страх уже полностью овладел им, и прапорщик со всей силы вдавил в пол педаль газа. Машина прыгнула вперед, отбросив в сторону таможенника, и понеслась, увеличивая скорость. К лежащему на земле Морозову подскочили коллеги, стали поднимать с земли. Юрий был без сознания, и старший по наряду закричал:

– В машину его, срочно в больницу! Семенов, беги, передай, чтобы задержали эту "десятку"!

– А номер?!

– Номер триста АО!

Но на ближайшем посту ГАИ в пятидесяти километрах от границы зеленая "десятка" с таким номером не появилась. Жучихин слишком хорошо знал все уловки своих коллег, и мог предугадать их дальнейшие действия, так что ломиться напрямик он не стал. Свернув на проселок, прапорщик начал пробираться к Кривову окружными путями.

Всего этого Мамонов, естественно, не знал, поэтому, едва выговаривая слова, представился:

– Подполковник Мамонов, исполняющий обязанности начальника Кривовского ГОВД.

– Скажите, подполковник, зеленая "десятка" госномер триста АО ваша?

– Так точно.

– Где она сейчас?

– А... на ней уехал мой водитель, прапорщик Жучихин.

– Куда он уехал?

– Он отпросился на Украину, съездить за фруктами. Я его отпустил и попросил завезти по пути моим родителям продукты. Так, небольшая посылка.

– И часто вы ему доверяете свою личную машину?

– Ну, бывает, он опытный шофер. А что случилось?

– Этот ваш опытный шофер сбил нашего инспектора, парень сейчас в реанимации, и умчался в неизвестном направлении. Пришлось поднять вертолеты.

– Он что, с ума сошел?!
– Мамонов долго готовил эту фразу, и она прозвучала почти естественно и органично.

– Это вам лучше знать, все-таки он ваш водитель.

– Ну, я бы тоже очень хотел с ним сейчас поговорить. Что с ним случилось, я не знаю, но машина-то моя! Сейчас мне вот кажется подозрительным, что он с таким упорством отпрашивался в эту поездку.

– Если он появится у вас в городе, немедленно арестуйте его, - посоветовал таможенник.

– Так точно!

Мамонов положил трубку и задумался. Он был готов к тому, что Жучихина арестуют и он расколется, что будет все валить на начальника или, наоборот, будет молчать как рыба. Но то, что на самом деле натворил в Зубове прапорщик, не укладывалось ни в какие рамки.

"Хорошо бы пристрелили его где-нибудь там, и с концами, - подумал с тоской подполковник.
– Но это, конечно, идеальный вариант".

Тщательно проанализировав разговор с главным таможенником, Мамонов, однако, взбодрился и даже почувствовал некоторое облегчение. Он не сказал ничего лишнего и тот его был убедителен.

"Так и буду держать оборону. Ничего не знаю, во всем виноват шофер, втерся в доверие, использовал служебное положение. Надо только предупредить Гуся и людей в Хохляндии".

Торопливо набрав номер, Мамонов еле дождался ответа. Услышав характерный голос Вадима, подполковник вывалил на него накопившиеся эмоции: