– Может, сначала лучше переговорить с жителями?
– робко спросила я, стараясь прогнать неприятный холодок, пробегающий по спине. Когда на тебя смотрят тайком, и ты не знаешь кто - это не самое приятное чувство. Сродни холодному душу после дождя.

В кустах по соседству сухо треснула ветка.

– Ди, падай!
– ведь ожидала этого, готовилась, и стоило на пару минут ослабить внимание... Черт! Я бросила кинжал дротику наперерез, но не успела, увидела только, как алад, морщась от боли, сжал правое плечо, а затем повалился, совсем близко от края скалы. К нему на помощь кинулся Лис, Илан встал рядом, защищая, вытащил тонкую цепь с шариком на конце, вроде, на востоке такое оружие носит название кусари-чигирики. На дальнейшие наблюдения времени не хватило.

Опасность. Сзади.

В кои веки Голос звучал хладнокровно и уверенно. Неужели дела настолько плохи? Я выхватила ятану, отбивая летящую в меня отраву, и, прикинув траекторию полета дротика, выпустила последние два ножа в невидимого противника. Судя по приглушенному вскрику - попала.

А потом выглянувшее на минутку солнце озарило окрестности, и я заметила, по меньшей мере, десяток направленных в нашу сторону стрел.

Но раньше них...

– Не советую сопротивляться, детеныш, можно ведь и пораниться, - раздался знакомый насмешливый голос, и ятана, обжигая ладонь, отозвалась слабой дрожью. Медленно, цепенея под ледяным, спокойным взглядом, я положила ее на землю. И лишь после этого от горла окруженной мавками эльфийки был убран нож.

Я позволила связать себе руки и ощутила, как на запястье оставляют царапину отравленной алривином стрелой. Кто-то из заколдованных эльфов толкнул меня в спину, подгоняя, я, споткнулась, но была грубо подхвачена за локоть, и практически протащена по мосту. Оборачиваться не стала, и так ясно представляла довольную ухмылку росомахи.

Наконец-то ты появился, таинственный некромант. Как предсказуемо.

Не скажу, чтобы обстановка новоприобретенной камеры вогнала меня в уныние. Скорее, удивила. Мне выделили обычную маленькую комнатушку, служившую, по всей видимости, некогда кельей, с узкой кроватью в углу, низким столиком и стулом. Не забыли даже подать скудный обед - ломоть хлеба да кувшин с колодезной водой. У самого потолка, на высоте полторы сажени, пропускало тусклые солнечные лучи круглое зарешеченное окошко.

...А осень в этих краях наступает поздно...

Где-то в коридоре хлопнула дверь, и я, повиснув на руках, цепляясь за решетку, спрыгнула на пол, прекратив бесполезные попытки выбраться. Хитроумный замок взломать не удалось, таки навыки были не те, а алривин надежно блокировал любую попытку создать заклинание. Помимо полученной порции отравы, мне нацепили на предплечье широкий поглощающий Силу браслет, как сказал Ариан, дабы избежать досадных происшествий. Но зато руки развязали. На всякий случай я уже успела обстучать все стены, но потайных ходов не обнаружила.

К вечеру в комнате заметно похолодало. Солнце рухнуло в море, окрасив напоследок унылое жилище в кровавые клетчатые узоры, свечей в наличие не имелось, посему келья погрузилась во мрак. Я успела перекусить, но ужина не дождалась. Не больно-то и хотелось. Отчего-то с каждым часом, проведенным здесь, усиливалось ощущение того, что меня нарочно испытывают и выматывают. Вот уж точно - нет хуже врагов, чем бывшие друзья. Ариан прекрасно знал, что для меня не будет ничего тяжелее ожидания. И гнетущего беспокойства о своих спутниках.

Деревянная кровать скрипнула под моим весом, я села, закуталась в плед, стараясь согреться. Безуспешно. Меня колотил озноб. Вдобавок, от алривина во рту остался противный металлический привкус.

– Замерзла, милая?
– вкрадчиво поинтересовался тихо вошедший Ариан, прикрыв за собой скрипучую дверь и защелкнув засов.

– Нет, дрожу от предвкушения встречи!
– резко отодвинувшись, я вскочила на ноги, едва не повалив стул, что вызвало у посетителя невольную улыбку.

– Все такая же неуклюжая, - ласковым тоном заметил он, медленно наступая, пока не загнал меня в угол. Я судорожно вздохнула, стараясь успокоиться. То, что мой враг теперь помимо физической силы, вдвое превосходящей характеристики среднего оборотня, обладал магией, еще не означало забытых им законов Клана.

– Что тебе надо?

Вместо ответа росомаха с затаенной усмешкой провел по моей щеке, и затем опустил ладонь на плечо.

– Ничего не болит? Голова не кружится?

– С чего такая забота?
– я дернулась, стараясь вырваться, но лишь рассмешила тюремщика.

Он вдруг грубо рванул рукав рубашки, разрывая льняную ткань и обнажая чистую, без единого шрама, кожу под ней. Злобно ощерившись, я выпустила когти и полоснула удерживающую меня руку.

– Только тронь!

– И что ты сделаешь? Вызовешь меня на поединок? Боюсь, что в этой игре правила назначаю я, - оборотень самодовольно оскалился, и, предупреждая новый удар, поймал и с силой сжал кисть, пока я не втянула коготки.

– Знаешь, что самое интересное?
– продолжил он все в той же безмятежной манере, растягивая слова.
– Твой подопечный получил серьезные раны, а ты полностью здорова, даже царапины не осталось. А должно бы передаться... Ничего не напоминает?

Комната закружилась перед глазами, смазывая очертания, позволив сердцу пропустить удар. Вот теперь мне стало по настоящему страшно. Как будто в лесу вместо ужа случайно наступила на гадюку.