Мюзетта с готовностью согласилась.

***

В этот день Жан вернулся в замок один, привезя с собой записку от Жанны. Она сообщала, что герцог Лафон оказался настолько любезен, что пригласил их погостить несколько дней в его поместье, и что они с Соланж намерены согласиться.

На словах он рассказал, что битый час прокрутился вокруг дома Бернаров, угостив яблоками кухарку и потравив байки с конюхом. Ни про скандалы, ни про дурные слухи выведать не удалось, якобы молодая госпожа объявила себя затворницей, чтобы поддержать сосланного в замок возлюбленного.

Это удивило Маргарет: по ее наблюдениям, Пеппа не была склонна к самопожертвованию. Неужели ее чувства к Раулю действительно глубоки и серьезны? Звон свадебных колоколов казался все ближе.

Пришедший в себя Бартелеми укрылся в комнате, где улегся в кровать, попросив мокрую тряпочку на лоб и поплотнее задвинуть шторы. До завтра ни о каком дальнейшем обследовании лаборатории речи не шло, что всех вполне устроило.

Когда стрелки часов уже подбирались ко времени ужина, на кухню заявился Рауль и потребовал, чтобы пирог ему уложили в корзинку, поскольку он желает его попробовать на лоне природы, любуясь закатом. И не будет ли милая Пруденс добра сопроводить его на пикник.

Маргарет совсем забыла о том, что они намеревались встретить заход солнца возле западной стены замка, и теперь расстроилась. Она чувствовала себя усталой и разбитой, у нее ныла спина и болели руки — давала о себе знать каменная плита, которую они двигали туда-сюда. Чертыхаясь про себя, она поплелась вслед за неугомонным Раулем снова в сад.

По дороге она поведала ему о решении Пеппы разделить его участь, отказавшись от шумных развлечений.

— Как это мило со стороны Жозефины, — с куда более кислым лицом, чем полагалось счастливому кавалеру, отреагировал Рауль.

— Чем вы сейчас недовольны? — удивилась она.

— Чем, чем, — вспыхнул он. — Пруденс, разве мы с вами не условились о том, что вы освободите меня от всяких обязательств, когда мы отыщем клад?

— Если мы отыщем клад, — поправила она его скрупулезно. — Пока нам встречаются сплошь покойники.

— В любом случае, — объявил он сумрачно, — я скорее отправлюсь на службу к Лафону, чем женюсь на вашей племяннице.

— Как? — воскликнула Маргарет, остановившись. Она уже почти смирилась с ним, а он изволит капризничать! — Да ведь вы сами затеяли этот брак, а теперь решили отказаться? Да что с вами такое, право слово!

— Не вы ли меня упрекали в продажности? — тоже вспылил он.

— Да какое вам дело до моих упреков!

— А вот есть дело, — заупрямился он. — Ну же, Пруденс, не смотрите на меня, как на таракана. Что поделать, если вы сами заставили меня передумать?

— Я? — она буквально задохнулась от негодования. — Да как у вас язык только повернулся!

Ничего не ответив, он лишь развел руками. Мол, чтобы было, то было, к чему теперь отпираться.

— Я вас действительно отказываюсь понимать, — признала она, когда он снова зашагал по саду, беззаботно помахивая корзинкой. — Пеппа молодая, красивая, веселая и богатая. Чего вам еще не хватает?

— Пожалуй, мне всего с избытком, — засмеялся он. — А как же любовь, моя дорогая?

— Да что вдруг! — разозлилась она. — Жили же вы без этой любви много лет и еще столько же протянете. Без нее даже здоровее будете.

— Откуда такой пыл? — спросил Рауль, все еще посмеиваясь. — Неужели и вы стали жертвой моего очарования? Так зачем же отдавать меня в чужие руки, Пруденс? Оставьте себе, я с радостью соглашусь.

— Как вы смеете… — выдохнула она растерянно. — Разве это смешно?

— Смешно то, что вы ни с того ни с сего передумали, — возразил он, помрачнев. — И раз уж мы оба не понимаем друг друга, то почему бы нам просто не насладиться ужином и этим отличным видом?

За перепалкой Маргарет и не заметила, как они прошли очередную арку и оказались снаружи замковой стены. Внизу перед ними расстилался осенний пейзаж с золотом листвы у подножья холма. Низкое солнце все вокруг подсвечивало алым.

Рауль достал из корзинки плед, опустился на него на колени и протянул руку, предлагая свою помощь.

— Присаживайтесь, Пруденс, — мирно предложил он, — ни к чему тратить чудесный вечер на склоки.

В такой позе он выглядел как человек, который делает предложение, и это окончательно вывело Маргарет из душевного равновесия.

— Вы невыносимы, — самостоятельно усевшись на противоположный край пледа, пожаловалась она. — Незрелы и несерьезны. Разве можно играть такими вещами, как брак? Что станет с репутацией Пеппы?

— Объявите, что я недостоин вашей семьи, — пожал он плечами. — Плевать. Судя по всему, сестрам удалось договориться с герцогом о продаже вина, а значит, зимний сезон Соланж обеспечен. Вот увидите, своими цепкими коготками она отхватит себе состоятельного мужа. Что касается Жанны, с нее довольно и семейной гордости.