– Явно не с симпатией! – буркнула Нура, отворачиваясь к окну. Желание продолжать разговор отпало.

Минох же предпочитал делать вид, что находится в мобиле один, и, кажется, наслаждался молчанием. А его незадачливая попутчица размышляла.

Сегодня Нуре удалось продвинуться вперед в своем импровизированном расследовании. Но клубок из тайн множества людей и нелюдей никак не распутывался. Кея была с Аспидами, но встречалась с Леросом из Службы… Зачем он теперь настаивал на том, что Нура должна искать убийцу Кеи? А может, вовсе не убийцу?

Информация. Документы. Ну конечно, сестра наверняка собрала компромат, а теперь даже Служба не могла понять, куда она его спрятала. Если Лерос, впервые придя в квартиру, потрудился обыскать ее, он мог увидеть письмо от Кеи. Из него можно было сделать вывод, что сестра оставила подсказки, но не для кого-то, а для своей близняшки, которая знала ее буквально с утробы. Однако и ей мало что удалось найти…

За лобовым стеклом мобиля показалась знакомая местность. Минох остановился у собственного забора, кивнув на прощание болтливой соседке. Она же пробормотала несколько слов благодарности и поспешно скрылась в доме, не забыв сразу же запереть дверь изнутри.

Включив свет везде, где только могла, Нура с пистолетом обошла все комнаты, опасаясь, что Уроборос играл с ней и уже давно ждет где-то внутри. Но никого не было. Впрочем, это ни о чем не говорило. Змей заползал в самые неожиданные щели, мог прятаться в темноте углов и тайных местах, неизвестных даже хозяйке жилища…

Вечером мама неожиданно связалась по нусфону. Она начинала беспокоиться о задержке дочери, а еще о том, что она не ответила ранее. Нуре пришлось оправдываться и наконец найти в себе силы, чтобы сознаться, что она уволилась. В конце концов, опасный серпентарий закалял. Даже скандалящая мама не вызвала привычной тревоги. Нура прервала связь, не желая выслушивать, что она «неблагодарная дочь». Позже позвонил и брат, который тоже «пытался вразумить» теперь единственную сестру. Нура прервала связь и с ним.

После тяжелого дня она решила, что ей просто необходима пенная ванна. Спать не хотелось, а время только-только близилось к полуночи. Погрузившись в воду, Нура довольно застонала. Она прикрыла глаза, расслабляясь и слушая, как капли из крана разбивали пену. Где-то в комнате жужжал нусфон. Наверняка мама или брат пытались достучаться до непутевой девчонки, не оставляя надежды связаться.

Нура раздраженно фыркнула и погрузилась внутрь щекочущей пены. Отчаянно жмурясь, она сделала глубокий вдох, задержала дыхание и опустилась под воду. Тут все звуки становились блеклыми, а глухой стук сердца перекрывало жужжание нусфона. Из воды Нура вынырнула с плеском, среди которого почти терялся скрип.

Скрип?

Она замерла в ожидании повторного звука. Прошло несколько долгих секунд, но тишина все так же расстилалась вокруг. Жужжащий нусфон заставил Нуру вздрогнуть, а затем облегченно улыбнуться. Проклятие! Она уже настолько привыкла к тревоге, что везде готова выискивать угрозу, даже в собственной ванной!

Нусфон прервал жужжание слишком внезапно, будто он разрядился. Но заряд магии еще точно оставался… Значит, кто-то сбросил вызов?

Протяжный скрип полоснул по ушам.

Рука сама потянулась к защитному артефакту, оставленному рядом с одеждой. Пальцы нащупали его гладкую поверхность и сжали. Нура оцепенела, вслушиваясь в чужие шаги. В молчании стен они звучали отчетливо. И почему-то казалось, что тот, кто ходит снаружи, специально шумит, будто издевается.

Шаги остановились прямо у двери.

Кто стоял там? Ее Змей, Уроборос? Или тот, кто срезал замок в калитке?

Сердце барабаном стучало внутри, но Нура поймала себя на мысли, что, выбирая между тем, кто угрожал ей, и тем, кто присылал цветы, она бы предпочла второго. Уроборос манил своей загадочностью, искушал тайнами и будто заигрывал, подбираясь ближе. Он хитрый и опасный, но даже это влекло…

Нахмурившись, Нура сильно прикусила губу, чтобы избавиться от дурацких мыслей. Ей явно нужен какой-нибудь эротичный романчик и приятный вечер мастурбации, но уж никак не гребаный Змей!

Кто-то дышал за дверью, судорожно сглатывая, словно пытался напиться чьим-то запахом. Воображение подкидывало фигуру в черном и раздвоенный язык, высунутый наружу.

Кожа почти оледенела, ее покрыли мурашки. Хотелось погрузить туловище в воду, но Нура боялась даже пошевелиться. Она ждала, что будет дальше. Ворвется ли кто-то внутрь? Или…

Тук-тук.

Под ложечкой мучительно засосало, а Нура дернулась, вызвав новый всплеск воды. Среди пара и мыльного запаха пены ощущался еще один… Он вторгался в пространство, просачивался сквозь щели. Спутать с другим его теперь было сложно. Невольно Нура облизнулась. Во рту тут же растекся привкус чужого аромата, смешанного с кровью из прокусанной губы.

Тук-тук.

О предки! Почему он стучит? Неужели думает, что она впустит его внутрь и раздвинет ноги… Нет! Проклятие! При чем тут ноги?! Он морочий Змей, который терроризирует ее, запугивает и… делится информацией, печет блинчики и дарит пионы…

Нура с трудом сглотнула вязкую слюну, вдруг осознав, что между ней и Уроборосом лишь хлипкая дверь. Если он захочет, то легко выломает ее и ворвется внутрь, а потом… Что потом?

Нура сжала бедра, ужасаясь, что от мыслей о Змее она ощущает не только страх, но и… Нет! Это просто стресс…