– Если Иной замыкается, то… Он может это отменить?

– Насколько мне известно, да. Но для этого придется постараться, потому что это похоже на ломку. Если ее пережить, то все будет в порядке, но встречаться с бывшей привязанностью, не имея новой пары, не следует. Так что… В последний вечер Дракон пытался убить Бианор, чтобы избавиться от нее, а еще чтобы… Чтобы избавиться от ребенка, которого она носила.

Тяжесть опустилась на плечи, дышать стало трудно, а воображение все рисовало более молодую версию Шанти с большим животом и покрытую синяками.

– Иные, особенно Иные разного вида, редко могут зачать. – Эрика уставилась в кружку, будто пыталась погадать на кофейной гуще, оставшейся на дне. – Гибриды – особый дар… Так говорят… Они забирают лучшее от родителей. Но Дракону не нужны были ни дети, ни жена.

Что-то заставило Элата решить, что в квартиру забрался темный эльф, а потом Деманси предположил, что их было двое и второй был нагом. Но Змей всегда был лишь один. Гибрид. Вот и ответ.

– Как думаешь, – Нура отпила остатки остывшего кофе, чтобы смочить горло, – Дракон – наг?

– Ну, судя по имечку, очень возможно, – хмыкнула Ингвар. – Едва ли он настоящий дракон. К тому же если кто-то и мог обзавестись гибридом, то с большой долей вероятности это был наг. Их фертильность среди остальных видов Иных самая высокая, а их способ размножения… Ты же знаешь, что у них два прибора?

Нура кивнула и покраснела, едва вспомнив ту самую картинку из энциклопедии.

– Они вроде как пользуются ими по очереди, чтобы увеличить шансы, а еще… У них есть гон… ну знаешь, период размножения, когда они ведут себя, как одержимые спариванием…

– Морок! Ты шутишь?

– Если бы, – фыркнула Эрика.

Фантазия тут же услужливо подкинула образ темной тени – Уробороса, который наверняка снова придет. Возможно, он захочет свою жертву вполне определенным образом… Это должно было напугать, должно было вызвать омерзение, но вместо этого Нура ощутила сладкую истому и трепет. Злясь на себя, она поспешила вернуть разговор к более печальной теме:

– Что было дальше? Я про Бианор и других Бабочек. Что случилось?

– Махаон и сама не знала. Того незнакомца она больше никогда не видела, как и Бианор, которую он унес. Возможно, та все же умерла. Она была в плачевном состоянии…

Главная Жрица упоминала о том самом «плачевном состоянии», в котором прибыла Шанти… Сомнений, что бедняжка являлась Бабочкой Дракона с именем Бианор, не осталось. И Уроборос вполне мог быть сыном Дракона и Шанти…

– А после… Дракон взбесился, он приказал собрать Сад. Всех девушек вывезли буквально в том, в чем были. Их вышвырнули за город, пригрозив, что убьют каждую, кто посмеет что-то сказать. И им пришлось выживать… А когда кто-то пытался поднять эту тему…

– Обещание выполняли, их убивали… – догадалась Нура, нервно сглотнув.

– Да. Бабочки какое-то время общались между собой, потому и заметили, что за длинный язык наказывают. Вот они и не болтают лишнего. Прошло много зим, все это забылось, но оставшиеся Бабочки молчали и продолжат молчать. Махаон тоже не заговорила бы, если бы уже не была обречена миазмой…

Нура отрешенно смотрела в стену, размышляя о том, что только что услышала и что поняла. Ингвар, вероятно, не знала о Шанти в Доме богини, иначе бы сказала, кто такая Бианор. И все же стоит аккуратно уточнить…

– Ты знаешь кого-то еще из Бабочек?

– Парочку. Обе работают… ну, в общем, продают свои тела. Они не заговорят.

Стоит ли рассказывать про Шанти-Бианор? Морок подери, теперь Нура начинала понимать, каково это – владеть информацией и опасаться озвучить ее, потому что это знание могло быть вредно для обеих сторон. Эрика может попытаться копнуть глубже и привлечь внимание Дракона, да и для Шанти все может закончиться плохо. Нет. Пожалуй, лучше пока молчать…

– Что с Махаон сейчас?

– Умерла… Мы с Кеей единственные, кто был на похоронах. Мы все и оплачивали. От Махаон нам остались только фотографии… Она взяла с нас обещание, что мы на каждый Лоннат [18] будем почитать ее память, как память предка, и не забывать ее…

Нура отвела взгляд. Судьбы Бабочек оказались печальными, что неудивительно. Их сломали в Саду, а после выкинули, как ненужный мусор… А Уроборос… Если он сын Шанти, если он хоть немного любит свою мать, то просто обязан ненавидеть Дракона, кем бы тот ни был…