– Теперь, когда мы с тобой… знакомы ближе… – Уроборос говорил с паузами, будто пытался подобрать правильные слова. – Я мог бы предложить тебе некоторое… сотрудничество. Взаимовыгодное.

«Да уж, знакомы ближе некуда», – проскочила ироничная мысль. В это определение, очевидно, входили язык и пальцы Змея во рту и между ног Нуры. К лицу снова прилил жар, но она попыталась сосредоточиться на словах:

– И что это значит? Ты мне, а я тебе? И что же я должна тебе за свое спасение?

– Уверен, мы что-нибудь придумаем. – Змей сладко улыбнулся.

Слова его звучали странным образом порочно. Будто вот-вот он попросит нечто такое, что снилось его Пташке. Как назло, воображение подбрасывало воспоминания о двух членах, упирающихся в бедро. В какой-то момент Уроборос явно решит, что языка и пальцев мало…

– У меня есть информация, которая поможет тебе с поиском тайн сестры, – продолжал он, – но только тебе решать, хочешь ты видеть меня в партнерских отношениях или нет.

Нура ощутила, как начало припекать и уши. Последняя реплика подразумевала что-то другое или она во всем ищет намеки? Скорее всего, ее разум повредился, иначе не объяснить то, почему ей хотелось нравиться проклятому Змею. Каждое его действие и слово заставляло снова приближаться к обрыву в надежде взлететь…

– Я подумаю, – ответила Нура, когда мобиль остановился у ее дома.

Не дожидаясь, пока Уроборос снова откроет дверь, она сама вылезла наружу, впрочем, он просто не мог отпустить ее без очередного поддразнивания.

– Моя госпожа, вы ничего не забыли? – Змей остановился у капота мобиля, держа в руках ее рюкзак.

Он должен был остаться дома, потому что в то злополучное утро Нура взяла с собой лишь сумочку, которая теперь, очевидно, бесследно исчезла вместе с мелочью внутри. А Уроборос, заехавший к ней, видимо, сложил в рюкзак все, что могло скомпрометировать его Пташку. Она и сама убедилась в этом, выхватив рюкзак и заглянув внутрь. Почти сразу же в глаза бросилась тетрадь с записями по расследованию и рукоять пистолета.

– Спасибо, господин Гоц, вы так внимательны, – язвительно буркнула Нура, скрывая вполне искреннюю благодарность за то, что он позаботился о таком.

Уроборос наклонился, глаза его едва заметно сияли зеленью, а дыхание щекотало кожу:

– Рад был помочь, Пташка.

Времени на ответ не дали. Сухие теплые губы Змея прижались к уголку рта Нуры, заставляя ту замереть на месте. Она ждала, что сейчас это превратится в настоящий глубокий поцелуй, но… Уроборос, как всегда, дразнил ее. Он отстранился, довольно скалясь, и отвернулся, обходя мобиль. На прощание он бросил:

– До встречи, Ну-ра!

Весь день Нура провела в компании мороженого и вкуснейшего вишневого пирога от тети Зузы, которая зашла проведать соседку и занести кусочек на пробу. Судя по всему, женщине было невдомек, с чего бы вдруг появились расспросы о Рэймонде и предостережения.

– Он тебе что-то плохое сделал? – уточнила тетя Зуза. – Ты только скажи, я ему такое веселое соседство устрою!

Нура улыбнулась, но заверила добродушную женщину, что с ней все в порядке. Однако жить, зная, что хотя бы тетя Зуза не одна из нагов, было проще. К вечеру по нусфону связался брат, сухо поинтересовавшись, как поживает сестра. Скорее всего, Матса заставила мама, которая, вероятно, все еще злилась на дочь. А так он выяснит и передаст, к тому же к концу разговора, когда Нура начала расспрашивать о племяннике, брат явно потеплел. В шторме нового существования, где за каждым поворотом поджидала опасность, это приятно грело душу.

Ночь прошла беспокойно. Несмотря на закрытую дверь и разложенные рядом артефакты, Нура долго не могла уснуть. Она почти разучилась бояться своего Змея, а Кея больше не преследовала в кошмарах, но после похищения Службой стало даже страшнее…

Урывками проспав часть ночи и утро, Нура залила в себя две порции крепкого кофе, прежде чем выйти из дома. Еще вчера она обнаружила письмо из банка, но сил куда-то идти не осталось, так что дела пришлось перенести. По пути она связалась с Эрикой, которая сегодня работала, но предложила встретиться на обеде в кафе, чтобы наконец обсудить их вылазку. План на день складывался сам собой. Оставалось надеяться, что вскрытие ячейки не займет много времени. Но, возможно, там хранились ответы…

Однако, когда в сопровождении банковского работника и службы безопасности Нура заглянула в ячейку, там нашлась лишь шкатулка с драгоценностями. Раньше это бы поразило, а теперь разочаровало, ведь побрякушки никаких ответов не дадут. Их она позже переложила в новую ячейку, снятую уже на ее имя.

Пока шло оформление документов, Нура сидела в небольшом кабинете, перебирая украшения. Работница банка старательно игнорировала клиентку, раскладывающую перед ней золото. Среди него, впрочем, обнаружились и безделушки, вроде старых серебряных сережек, которые Кее подарила Нура. Мило, что она хранила их…

Нура усмехнулась, найдя даже дурацкую фенечку, сплетенную сестре. Наверное, раньше эта шкатулка просто стояла где-то в ящике туалетного столика, куда Кея скидывала все и сразу, но… В карманах тоже, казалось, была лишь мелочь, и все же эта мелочь дала много. Так что все безделушки Нура складывала в отдельный карман рюкзака.

В шкатулке хранилось несколько брелков с ключами. Пару из них удалось узнать: один был от квартиры, а второй от дома. Еще три ключа остались неопознанными, так что их Нура просто сложила в тот же кармашек, разглядывая брелки в виде пончика, колеса, ножика и даже миниатюрных наручников.