— Да, — с широкой улыбкой сказала Дороти. — Как уже было сказано, мне в голову пришла блестящая мысль — собраться здесь всей семьей. Я не хочу, чтобы ты и твоя… подруга заскучали в нашей глуши. А так как Амелия, по случаю, оказалась свободна, то и она любезно согласилась присоединиться к нам.

— Ясно, — иронично протянул Терренс, кланяясь Амелии. — Очень рад познакомиться, мисс Эрроурут.

Он улыбался, но глаза его оставались серьезными.

— Ну что ж, я думаю, мы прекрасно проведем время. А как ты считаешь, Изабель?

Изабель оторвалась от созерцания девушки, предназначенной герцогиней в жены Терренсу. Она была какой-то… невыразительной, скучной, совсем как отцовские книги.

Терренс сделал шаг и взял Изабель за руку.

— Ну, так что ты скажешь, дорогая?

Изабель, словно заводная кукла, дернулась и затараторила противным писклявым голосом:

— О да! Я думаю, это будет просто чудесно!

Это было хуже любой казни. Изабель и представить себе не могла, что обед может превратиться в такую пытку. Стол, за которым они сидели, был не просто большим. Он был чудовищно огромным. Во всяком случае, Изабель, которую герцогиня посадила на дальний конец стола, едва могла рассмотреть Терренса, сидевшего на другом его конце.Тактика, которую с самого начала избрала герцогиня, была не новой, но эффективной: разделяй и властвуй.

Кроме того, Изабель сразу же было указано ее истинное место — поближе к прислуге. Во всяком случае, рядом с Изабель сидела Элизабет — компаньонка герцогини. Для Изабель Элизабет оказалась просто находкой. Во-первых, она не приставала к Изабель с пустыми разговорами, а во-вторых, оказалась молчаливым, но незаменимым инструктором, деликатно показывая, которой из множества лежавших перед Изабель вилок она должна воспользоваться в каждом конкретном случае.

Выросшая в доме, где обед из трех блюд был далеко не каждый день, Изабель с трудом вынесла обед у герцогини, за которым было шесть перемен. И никогда еще она не вставала из-за стола с таким облегчением, как в тот вечер.

Поднявшись к себе, она переоделась в свою ночную рубашку и сразу почувствовала себя гораздо лучше. Она потянулась и сладко зевнула. Теперь можно хоть немного побыть собой. Изабель вынула из дорожной сумки томик стихов и улеглась с ним на постель. Раскрыла книгу и отключилась от всех неприятностей минувшего дня.

Увы, счастье ее было недолгим — в дверь тихонько поскреблись. Изабель вздохнула и с сожалением отложила книгу. Зная, что это может быть только Терренс, она небрежно накинула на плечи халат и подошла к двери. Открыла ее и остолбенела.

В коридоре стояла леди Дороти — с улыбкой на губах и с пузырьком в руках.

— Я принесла вам мазь для ваших царапин.

— О, спасибо, — протянула Изабель через порог руку. — Вы так добры, герцогиня!

Леди Дороти удивленно подняла бровь:

— Я полагала, что вы пригласите меня войти!

Изабель нервно сглотнула.

— Да, конечно, конечно, — она шире распахнула дверь и отступила, — прошу вас.

Леди Дороти величественно вплыла в комнату. Все ее сухощавое тело излучало энергию. Она присмотрелась к Изабель и фыркнула:

— Хм-м! И вот в этом вы ложитесь в постель?

Изабель окаменела, почувствовав себя голой под взглядом холодных зеленых глаз. Затем через силу рассмеялась:

— А что, мужчинам обычно нравится. — Она поправила рукава кружевной ночной рубашки. — Я в этом выгляжу как настоящая леди. Красиво и… невинно.

— И Терренсу это нравится? — недоверчиво покачала головой леди Дороти. — Никогда, наверное, не смогу понять моего внука. Как, впрочем, не смогу понять и того, как он осмелился привести ко мне в дом свою любовницу!

Герцогиня явно не собиралась ходить вокруг да около. Изабель коротко, недобро хохотнула.

— Не прячете свои зубки, а, герцогиня?

— Нет, — усмехнулась она. — А вы и всего прочего не прячете, верно?

Герцогиня небрежно взмахнула рукой.

— Впрочем, я всегда предпочитаю играть в открытую. И в отличие от ваших подружек, этих хохотушек-потаскушек, я хорошо знаю, что нужно мужчине. У нормального мужчины должна быть любовница. Это обычная мужская причуда — одна из тех, на которых держится весь их мир. Терренс не исключение из общего правила.

Изабель стойко приняла удар и криво ухмыльнулась.

— Я рада, что вы это одобряете. А то многие подружки отговаривали меня ехать — тебя, мол, эта кочерга и на порог к себе не пустит. Ну это так, между нами, ледями. Еще говорили, что вы, мол, из тех, кто всегда держит в рукаве козырной туз на всякий случай. Терри едва уговорил меня поехать. Но как бы то ни было, я уже говорила и еще раз скажу — не хотелось бы мне иметь такую бабку, как вы!

Герцогиня и глазом не повела. Железная женщина!