— Об этом позже, — сказал Терренс. — Итак, где мы встречаемся?

Джош, погруженный в невеселые мысли, сидел в большом кресле с бутылкой вина в руке. В его спальне горела одинокая свеча. Он поднял бутылку и хлебнул прямо из горлышка.

Завтра у него дуэль. Первая в жизни. И, судя по всему, последняя. Там, в таверне, все как один подтвердили, что Доминик Сент-Джон дерется на пистолетах как сам дьявол, и шансов у тех, кто вызвал его, мало. А если говорить честно, то нет у них вовсе никаких шансов.

Джош прикрыл глаза. Стрелять он не умеет. С двух шагов в сарай не попадет. И чего он согласился на пистолеты? Лучше бы на шпагах. Хотя и на шпагах он, по правде сказать…

Сердце Джоша заныло, когда он подумал об Изабель. Что она будет делать, когда его убьют? И без того у нее вся жизнь пошла наперекосяк, и все из-за него, из-за Джоша. Из-за этих проклятых денег, которые он тратил на Молли.

Если его убьют, Изабель останется одна. Совсем одна, безо всякой поддержки. Господи, сколько же глупостей он успел натворить за свою жизнь! Молли! Да если говорить честно — а как еще перед смертью говорить с самим собой? — он не любил ее. Ну совсем не любил. Ни капельки. Просто ему было приятно думать, что такая яркая и взрослая женщина всерьез увлечена им, зеленым юнцом.

Джош крепче зажмурился и вцепился руками в подлокотники кресла. Нет, нельзя ему умирать. Никак нельзя. Он должен заботиться об Изабель.

Негромкий стук прервал невеселые раздумья Джоша.

Он вздохнул и неожиданно подумал, что весь вечер провел в ожидании именно этого стука.

— Войдите! — сказал Джош и открыл глаза.

Негромко скрипнула дверь, послышалось шуршание шелка.

— Напрасно, Изабель, ты все равно меня не переубедишь, — сказал Джош, не поворачивая головы.

— Я не Изабель, — послышался тихий женский голос.

Джош резко повернулся.

— Элизабет? Что ты здесь делаешь?

Одетая в тонкую ночную рубашку, отделанную кружевами, с распущенными черными волосами, Элизабет не спеша пошла навстречу Джошу. В ее серых глазах светилась грусть.

— Бетти все рассказала мне.

— Бетти рассказала? О чем? — удивился Джош. Пожалуй, если б сейчас к нему в комнату влетел ангел, Джош удивился бы меньше.

— О том, что ты завтра стреляешься, — тихо сказала Элизабет. — Из-за Изабель.

Джош сильнее сжал в руке бутылку и отвернулся.

— Проклятие! Похоже, все уже об этом знают!

— Да, — согласилась Элизабет. — Городок у нас маленький. А что касается дуэлей, так их у нас здесь отродясь не бывало.

— Понятно, — грубовато сказал Джош. — Непонятно только, почему Бетти решила рассказать об этом. И именно тебе. Горничные не должны волновать леди такими историями.

— А почему бы и нет? — ответила Элизабет.

Она проплыла по комнате белым облаком, казалось, не касаясь даже пола. Подплыла и опустилась на колени Джоша.

— Почему бы и нет, если это правда!

— Элизабет! — удивленно воскликнул Джош.

Она обняла его за шею своими чудесными, мягкими руками. До ноздрей Джоша долетел тонкий, свежий аромат ее духов.

— Это правда? — шепнула она. — Ты действительно дерешься завтра на дуэли с Домиником Сент-Джоном?

— Д-да, — растерянно подтвердил Джош, прислушиваясь к своему сердцу, которое готово было выпрыгнуть у него из груди, не дожидаясь завтрашнего поединка.

— Он убьет тебя, — замогильным голосом сказала Элизабет.

— Н-наверное…

Серые глаза потемнели и превратились в угольно-черные, бездонные пропасти.

— Поцелуй меня.

— Ч-что? — напряженно выдохнул Джош.

— Поцелуй меня, — повторила Элизабет и протянула навстречу Джошу свои нежные розовые губы.

— А-а-а… Э-э-э… — оторопел Джош. — Е… если т-ты сама х-хочешь…

— Да, — жарко сказала Элизабет. — Да!

У Джоша пошла кругом голова. Он прижался губами к губам Элизабет, и она ответила ему — страстно, горячо, отчаянно. Джош тихонько опустил на пол бутылку, освобождая руку, и нежно обнял Элизабет.

Он не смог сдержать стона, когда прильнул к ее медовым губам и зарылся пальцами в чудесные шелковистые волосы. Дыхание его стало частым, прерывистым. На какой-то миг он оторвался от восхитительных, пахнущих земляникой губ и прошептал:

— Элизабет!

— Не делай этого, — попросила она, теснее прижимаясь к Джошу своим упругим телом. — Не встречайся с Сент-Джоном. Он убьет тебя! А я не хочу, чтобы тебя убили!

Джош почувствовал, как трепещет у него в руках роскошное женское тело. Божественное тело. «О господи, продли еще хоть ненадолго мои земные дни, чтобы я мог наслаждаться ими вместе с этим ангелом! Ангелом во плоти. И в какой плоти!» — мысленно взмолился Джош, но в тишине комнаты раздалось его решительное: