— Дела, дела, — завздыхал он, прикладываясь то к термосу, то с оладушкам. — Похавать некогда. Так вот, што скажу. Покопался я в мозгах — они у меня не особо протухшие, хотя и с кислинкой. Прошлый раз цынканул тебе: кажись, одесскую бабенку замочил Ушатый. Не сам лично, конешное дело, для крови у него приспособлен особый шестерка. Кликуха — Чумбук. Мои робятки поразведали…Точненько, не обшибся. Поработали Ушатый с Чумбуком. Енто первое. Теперь — покража пацаненка. В моей картотечке — три авторитета, которые занимаются заложниками. Можешь записать. Кудря, Кузнец, Шакал. Все — в законе… Опять же, я нацелил своих малолеток, они вечером пошуровали около жилья всех троих, пошептались с тамошними детишками… Выходит твоего пацаненка покрал Кузнец…

Из— за контейнера вывернулся тощий до прозрачности пацан. Уши отодвинулись от головы, напоминают настороженные радары, грязные волосы спутаны, лежат копной на плечах. Наклонился к открытому окошку, что-то прошептал хозяину и исчез. Будто растворился в воздухе.

— Что-нибудь случилось?

— Дак уж случилось… Твоя телка слиняла на экспрессе в родные края. Пацаны базарят: телка Кузнеца, их видели вместях. Кликуха телки — Сусанна. Теперича я уверен: тебя пасут… Погоди малость!

С мусорным ведром, из которого выглядывают пластиковые бутыли и картофельная шелуха, к контейнеру ковыляет древняя бабка. Припадает на левую ногу, одышливо вздыхает. Будто идет не по асфальту — взбирается на вершину Эльбруса. Опорожнив ведро, даже не поглядела на припаркованный «запорожец», заковыляла в обратном направлении.

— Слухай дальше, — проводив старую развалюху подозрительным взглядом, продолжил Мурат. — Заместо телки на автовокзале нарисовались кузнецовские пехотинцы. Аж четверо. Ходют, подлюки, нюхают. Гадюка цынканул: один — при машинке… Мне-то бояться нечего — пацаны и прикроют и защитят немощного своего деда, а вот тебе не мешает поопастись. Поетому, пора нам разбегаться. Ты на соседнюю улицу и потом — на автобусе до метро. Я — в другую сторону… Гони филки!

В обмен на тугую пачку баксов заказчик получил крохотную бумажку с номерами телефонов и адресами

Ситуация слишком закручена. В тугую спираль. Как бы не сорвалась с предохранительной чеки и не ударила по киллеру. Но сейчас Собков думал не о подстерегающей на автовокзале опасности. Жизнь научила его обходить настороженные капканы, замаскированные ямы, хитроумные растяжки и прочую мерзость. Вряд ли шестерки Кузнеца решатся на покушение рялом с многолюдным вокзалом.

Тревожило киллера совсем другое.

Ну, с Ушатым все ясно, с его кровавой шестеркой Чумбуком — тем более. Хозяина казино он переберет по жилке, по косточкам, выпотрошит гнилую его душонку. Но вот вмешательство в мужскую игру Сусанны осложняет и без того сложную обстановку. Имея на хвосте бандитскую «пастушку» трудно рассчитывать на удачное завершение задуманной «охоты».

По всем криминальным законам людей типа Сусанны положено ликвидировать. Быстро и безжалостно. Но телка может пригодиться для подхода к своему хозяину. Поэтому исполнение уже вынесенного приговора откладывается на неопределенный срок.

Приняв решение, Александр успокоился. Выглянул из-под арки. Улица как улица: все те же легковущки, спешащие в магазины либо на рынок женщиы, престарелые пенсионеры. Из окна пятого этажа на весь мир орет какой-то новомодный ансамбль. Возле остановочного павильона два малолетка лапают полупьяную девчонку. Наверно, одноклассницу.

— Не подскажете время?

Недавно ковыляющая к мусорному контейнеру бабка! Это уже становится интересным. И — опасным.

— Половина двенадцатого.

— Спасибо, милый. Оставила одного внучка, как бы чего не натворил в квартире.

Появился еще один персонаж трагедии. Или комедии? Неужели качки Кузнеца уже выяснили, где и с кем общался горбоносый? Вряд ли, скорее всего, обычное совпадение. Опытный конспиратор представить себе не мог подобной промашки: вторично за полчаса подставить одного и того же агента. Это все равно, что подсказать: осторожно, фрайер, за тобой следят.

Проводив настороженным взглядом медленно плетущуюся бабку, Александр все же не стал подходить к автобусной остановке. Он вернулся к трудным размышлениям. С другой стороны. Одному расхлебывать крутую кашу не стоит. Разрешение мененджера — в кармане. Пора привлекать к задуманной операции одного из оставшихся боевиков. Почему-то решил — Щедрого. Но прежде чем говорить с ним, не мешает еще и еще раз продумать дальнейшие действия, каждый свой шаг.

Киллер поправил галстук, почистил испачканный рукав. Дождался, когда в конце улицы появился медлительный автобус, и двинулся к остановке.

«Гвардейцы» Мурата, оставили в покое визжащую телку, вслед за

Собковым полезли в автобус. Кажется, заботливый «архивариус» приставил к нему негласную охрану… Или — подпасков?

Девчонка, все еще всхлипывая и поправляя потревоженную юбчонку, пошла за любопытной бабкой…

Плотно пообедав тарелкой жирных щей, котлетами с макаронами, запив пивом из подаренной на день рождения керамической кружки, Мурат удовлетворенно огладил заполненный животик и улегся на диван. Но поспать не довелось — раздался телефонный звонок. И кто только выдумал этот аппарат, кол ему в задницу!