Это меня вполне устраивало. Поблагодарив сотрудников, я покинула институт и заспешила в управление связи. Домчавшись туда, сделала запрос на распечатку всех телефонных звонков на собственный номер, а затем еще и попросила распечатку на номер телефона Синявских. А в ответ услышала:

— Этот материал мы не можем вам предоставить. Только по вашему собственному номеру.

— Почему? Насколько мне известно, закон о частной детективной деятельности гласит, что я имею право на просмотр интересующих меня материалов. В том числе и таких.

— Это где же вы такой закон видели? — переспросила недружелюбная операторша, восседавшая за пультом. По одному ее виду было понятно, что она из числа тех, кто спать ночью не будет, если кому-нибудь не испоганит день.

— Там же, где содержатся и все остальные законы, — спокойно ответила я ей. — Если не верите, можете проконсультироваться на этот счет у своего начальства.

— Ага… стану я его по всяким пустякам беспокоить.

— Тогда не морочьте мне голову и дайте распечатку. Как-никак, а моя работа выгодна всем: я ищу виновных и передаю их милиции, а вы, возможно, получите премиальное поощрение, и будет считаться, что преступление раскрыто общими силами.

— Не заговаривайте мне зубы, — нахмурилась та. — Премиальное поощрение… Выдумают же. Показывай лицензию!

Обрадовавшись, что дело сдвинулось с мертвой точки, я предоставила для обзора запрошенный документ, а после этого получила то, что хотела. С обеими распечатками я направилась к себе, чтобы не спеша их обе просмотреть и соотнести тот номер, с которого звонил мне последним Петр, с теми, какие фигурируют в числе звонков на номер Синявских. Дорогой этого я делать не стала, хотя и очень хотелось.

Уже у себя дома номер Петра я вычислила очень быстро, просмотрев собственную распечатку: он звонил мне всего дважды, не считая тех раз, когда я просто не снимала трубку. Затем отыскала его же в распечатке Синявских и убедилась, что ребята действительно постоянно созванивались между собой, и делали это довольно часто, особенно последнюю неделю, когда в их историю вмешалась я. Причем Лиля почему-то не общалась с ним по сотовому, хотя знать о том, что я его прослушиваю, точно не могла.

Она могла обмениваться с ним СМС-сообщениями, в распечатке они не выделятся никак, да и я ничего не получала. Это уж недоработка Дыка, который подключил только микрофон, забыв про все остальное. Видимо, боялся, что операторы тут же вычислят, что сообщения уходят в два адреса, вот и поостерегся. Правда, теперь это неважно: я все равно знаю, что они созванивались ежедневно и очень подолгу болтали.

Жаль, что я не сообразила поставить в домашний телефон Синявских «жучок», это ведь все намного упростило бы. А может, и нет: Лиля могла и проверять аппарат, догадываясь о моих возможностях, и все равно бы все вынула. Да к тому же я не слишком верила, что свои амурные беседы они стали бы вести с домашнего телефона. Что ж, в следующий раз буду умнее. А пока будем ждать результаты анализа ДНК.

Результат анализа ДНК был у меня в руках в восемь тридцать утра. Я с замиранием сердца открыла папку и принялась читать ответ специалистов на свой запрос. Ответ был кратким, но строго по существу: ничего лишнего и запутывающего. Из него ясно, кто чей родственник, кто кому кем приходится. Чтобы ничего не упустить, я даже прочла заключение дважды, но от этого ничего не изменилось. Теперь мне было понятно, кто, что и для чего делал. Я могла не знать только каких-то мелочей, но они уже существенной роли не играли. Фактически работа была выполнена, если не считать самого последнего акта, который и предстояло сегодня разыграть.

Я приземлилась на сиденье своей машины, возле которой стояла, и взялась за телефон. Перво-наперво позвонила Синявским. Мне повезло, моя клиентка оказалась дома.

— Элла Владимировна, это Татьяна, — представилась я. — Спешу сообщить вам, что работа выполнена и сегодня вы узнаете все. Но есть одно условие.

— Какое? — настороженно спросила женщина.

— Я хотела бы пригласить всю вашу семью в одно уютное кафе, всех в обязательном порядке. Сможете устроить так, чтобы все явились в «Фортуну» ровно к двенадцати?

— Я постараюсь. А вы и в самом деле все выяснили?

— То, что не успела, проясним на месте, — расплывчато ответила я.

— Хорошо. Мы обязательно будем.

— Попроситесь за столик пять, вас проводят. Если меня там еще не будет, не расходитесь.

Закончив беседу с Синявской, я набрала номер Хорешко. На этот раз мне наконец-то удалось услышать голос Демьяна Николаевича.

— Доброе утро, Демьян Николаевич, — мило поприветствовала его я. — Это вас снова беспокоят из милиции. Появились результаты по делу вашей жены и еще кое-что, что вас также наверняка заинтересует. Это касается некой юной особы, которую вы хорошо знаете.

— Я не понимаю, — слегка занервничав, откликнулся мужчина. — Какой особы? Что вы имеете в виду?

— Рада, что вы уже хотите все узнать. Приглашаю вас в кафе «Фортуна» к половине первого. Ждите меня за столиком восемь — не пожалеете. Да, и захватите с собой свою жену — ее это тоже касается.

Хорешко хотел было что-то сказать или возразить, но я уже отключилась, прекрасно зная, что заинтриговала его, а значит, он сам уж точно прибудет на место встречи.

И, наконец, последний звонок. Его я сделала уже на номер Труднова, который наверняка совсем не ждал моего звонка, а потому сильно удивился.