— А кто нашёл выход из могильника? — парировал Тарен. — Решено. Мы пересечём долину.

Спуск был трудным, но, как только они оказались внизу, в долине, Тарен совершенно уверился в своей правоте.

Держа Мелингара под уздцы, он уверенно вёл свой маленький отряд вдоль узкого берега. Озеро местами так близко подходило к подножию холмов, что им приходилось шлёпать по щиколотку в воде. Теперь было видно, что воды озера были чёрными сами по себе, а не из-за отражённых в них туч. Застывшая поверхность его отливала тяжёлым, тёмным блеском, словно воронёное железо. Подножие холмов оказалось не менее коварным, чем их видимые скалистые вершины. Они шли со всей осторожностью, и всё же Тарен не раз оскальзывался и плюхался в воду. Он оглянулся, чтобы предупредить остальных об опасности, и с удивлением увидел, что Гурджи зашёл в озеро по пояс и продолжает идти к самой его середине. Ффлевддур и Эйлонви тоже удалялись от берега и уже шли в воде по колено.

— Не ходите по воде! — крикнул Тарен. — Держитесь берега!

— Мы и делаем это, — откликнулся бард, — нас просто затягивает в глубину. Здесь ужасно сильное течение.

Через мгновение и Тарен понял, что имел в виду бард. Неожиданно мощная подводная струя увела дно у него из-под ног. Он попытался подняться, вытянул руки, но чёрное озеро стало его неумолимо засасывать, тянуть в глубину. Позади него Мелингар усиленно молотил по воде ногами, тихо и испуганно ржал. Небо закружилось над головой. Его теперь несло, как веточку в бурном потоке. Эйлонви пронеслась мимо него. Он попытался встать на ноги и поймать её. Но было слишком поздно. Тарена закрутило в водовороте. Ничего, мысленно утешал себя Тарен, их просто прибьёт к дальнему берегу, вот и всё. И он старался держать голову над водой, чтобы его не захлестнуло волнами. Грохот забил уши. Середина озера была настоящей воронкой, схватившей его, закрутившей и утянувшей в глубину. Чёрная вода сомкнулась над ним, и он понял, что тонет.

Его закручивала, затягивала спиральная струя. Он пытался глотнуть воздуха, но вода обрушилась на него, как горный обвал. Всё быстрее и быстрее увлекало его вниз, раскачивая вправо и влево. Тарен зацепился за что-то непонятное. Он хватался за него, держал мёртвой хваткой даже тогда, когда силы покинули его. Неимоверный грохот оглушил его, будто земля раскололась пополам. Вода вдруг вспенилась, и Тарен почувствовал сильный удар о твёрдую стену. Больше он ничего не помнил.

Когда Тарен открыл глаза, он обнаружил, что лежит на гладкой поверхности камня, рука его крепко сжимала арфу Ффлевддура. Его оглушил грохот воды. Осторожно, ещё ничего не соображая, он стал ощупывать всё вокруг. Пальцы наткнулись на плоскую мокрую плиту. Бледный голубой свет мерцал над ним. Тарен решил, что его выбросило в пещеру или в грот. Он приподнялся, арфа в руке жалобно застонала.

— Эй, кто там играет на моей арфе? — эхом раздробился чей-то зов.

Тарен в этом слабом отзвуке узнал голос барда. Карабкаясь по скользкому камню, он поднялся и, с трудом переставляя ноги, направился на голос. На его пути вдруг возникла маленькая фигурка, неожиданно набросившаяся на него.

— Ты отлично всё сделал, Помощник Сторожа Свиньи! Здорово тебе удалось сократить путь! Я промокла до нитки да вдобавок потеряла свою игрушку. Ой, вот она! Мокрая, наверное, никуда теперь не годится. Ну-ка!

Тускло засиял золотистый свет и упал на мокрое, с прилипшими ко лбу волосами лицо Эйлонви. Её голубые глаза горели гневом.

Волосатая тень Гурджи подкатилась к ним. Он отряхивался, как мокрый пёс, и брызги веером летели вокруг.

— О, бедная, слабая голова набита грязьками и мразьками! — жалобно причитал он.

Минуту спустя и Ффлевддур присоединился к ним. Мелингар тихо ржал позади него.

— Мне показалось, что я слышал мою арфу, — сказал он. — Поначалу я и поверить не мог. Уж и не надеялся увидеть её. Но Ффлевддур Пламенный никогда не отчаивается! Однако такая удача!

— Я думал, что уже никогда не увижу не только арфы, но и вас, и ничего-ничего, — сказал Тарен, протягивая инструмент барду. — Нас вынесло в какую-то пещеру. Но она создана, по-моему, не природой, а руками человека. Взгляните на эти аккуратно вытесанные каменные плиты.

— Лучше взгляните на Мелингара, — бросила Эйлонви. — И вы увидите, что вся наша провизия потеряна. И всё наше оружие тоже. И всё благодаря твоей драгоценной идее сократить путь!

Увы, это была правда. Ремни развязались, и седло со всеми пристёгнутыми к нему сумками унесло течением. К счастью, у каждого из них были накрепко прицепленные к поясу мечи.

— Простите меня, — повинился Тарен. — Признаю, что мы попали в эту переделку по моей вине. Не надо было мне вести вас этой дорогой. Но что сделано, то сделано. Я привёл вас сюда, я и выведу.

Он огляделся вокруг. Грохот воды доносился из широкого, наполненного быстрой водой канала, обрамлённого каменными плитами набережной. Она оказалась гораздо шире, чем он себе представлял поначалу. В высоких арках горел и переливался разными цветами яркий свет. Тарен обернулся к своим спутникам.

— Всё это очень странно. Кажется, что мы глубоко под землёй. И всё же это не дно озера…

Прежде чем он успел произнести следующее слово, его схватили сзади чьи-то руки и нахлобучили на голову мешок, сильно пахнущий луком. Эйлонви завизжала, но тут же голос её заглох. Тарена тащили и толкали в разные стороны одновременно, словно желали разорвать на две части. Гурджи стал яростно рычать и тявкать.