Он проглотил подступивший к горлу комок.

– Ты можешь работать в клубе, находясь в Сиэтле.

– Кто-то знает, что я ищу Эйприл, и этот кто-то из клуба. Поэтому на меня и напали, пытаясь остановить.

Как трудно будет признаться, что он тоже ищет Эйприл – в некотором смысле.

– Ты не знаешь этого наверняка. Твоя Эйприл по какой-то причине исчезла. Она может с таким же успехом вернуться, правда?

– Ты не слышал вчера ее голоса. С ней что-то случилось в клубе – до того, как ты стал там партнером. Думаю, им не следует знать о… В общем, о нас. Знаешь, Роман, пистолет, возможно…

– Никаких пистолетов. Насти будет приходить и уходить незаметно. Это одна из его особенностей. Своих партнеров я возьму на себя – скажу, что у меня с тобой роман. Если я так прямо это выложу, вопросов не будет. Ведь не обязательно же это нападение связано с клубом?

Роман.

– У меня никогда не было…

Он нежно поцеловал ее в лоб:

– Романов? Нет, не было. Но теперь есть. Как ты думаешь, я смогу уговорить тебя снова заняться любовью?

– Ну, слава Богу, – сказала она с шаловливым блеском в глазах, – я боялась, что он у тебя весь стерся.

Он нахмурился:

– Стерся?

И он позволил ей убедиться, как глубоко она заблуждалась на сей счет.

– Ух ты! Еще кое-что осталось.

Он, рыча, упал на нее, чтобы доказать, как много еще уцелело.

Стук в дверь прервал блаженную, хотя и несколько болезненную дремоту Феникс. Она протерла глаза и взглянула на лежавшего рядом Романа. Тот продолжал спать глубоким сном.

Снова раздался стук.

Она выкарабкалась из постели и сняла с крючка махровый халат, висевший на двери спальни. Зябко поеживаясь, она сонно прошла через гостиную и готова была уже открыть дверь, но из осторожности помедлила.

Отступив на шаг, она спросила:

– Кто это?

– Феникс? – Голос Розы. – Феникс, помоги мне, пожалуйста.

Плохо слушающимися пальцами Феникс сняла цепочку и отперла замок. На площадке стояла Роза, по-видимому одетая наспех. Она судорожно потирала руки.

– Роза? Что случилось?

– А с тобой что случилось? – спросила Роза, глядя на Феникс. – Бедное твое лицо. Ты что, упала в куст?

– Нет… Да, да, упала. В чем дело? Почему ты сюда пришла?

Роза схватила Феникс за руку:

– В дом проник взломщик.

Феникс понадобилось некоторое время, чтобы осознать сказанное Розой.

– Когда?

– Недавно. Веб выследил его, но негодяя, должно быть, ждала машина с заведенным мотором. Полиция приехала, но они только задают вопросы и ничего не предпринимают.

– Тебя ограбили?

– Нет.

– В чем же дело? Что, по-твоему, они должны делать?

– Я знаю, что они ошибаются.

– Роза, – произнесла Феникс, призывая на помощь все свое терпение. – В чем они ошибаются?

– Она не могла сама уйти. Этот человек пришел и забрал ее. Я его видела. Я видела, как он похитил Евангелину. И он сказал, что если не получит того, что хочет, то убьет ее.

– Грех, секс и колдовство, – произнес Морт, продолжая выхаживать по кухне Розы. – С тех пор как открылся этот клуб, наш городок стал совсем другим.

Феникс избегала встречаться взглядом с Романом. Держа в одной руке кружку с кофе, он устроился в углу комнаты. Когда некоторое время назад она увидела его глаза, то поняла, насколько неодобрительно относится он к тому, что Роза позвала Морта, Зельду и Лена. Подсобный рабочий, Веб, сидел за кухонным столом, обхватив руками лохматую рыжую голову.

– Может быть, это не имеет к клубу ровным счетом никакого отношения, – вмешалась Феникс. Лучше сюда никого не впутывать. – Нам остается только ждать и надеяться, что Евангелина вернется. А если нет, то полиции придется принять нас всерьез и заняться этим.

Роза стояла глядя в окно, ее светлые шелковистые волосы струились по спине.

– Я была неправа, – произнесла она. – Совершенно неправа. Мне нужно было его выслушать.

– Похитителя? – спросил Лен. Он неоднократно пытался положить Феникс руку на плечо, но та всякий раз ее стряхивала. При очередной неудачной попытке он с упреком поглядел на нее: – Мы все должны сейчас поддержать Розу.

Тогда и клади руку ей на плечо.

— Объясни поточнее, что ты имеешь в виду, Роза, – проговорила Феникс. – В чем ты была неправа?

– Я не могла успокоиться и не давала ему сказать, чего же он хочет. Я вопила, как безмозглая дурочка. Да я и есть безмозглая дурочка. Тогда он ушел, взяв с собой мою Евангелину.

– Ты не виновата, – пробормотал Веб. Его маленькие голубые глаза ярко сверкали под тяжелыми бровями, такими же рыжими, как волосы и борода. – Это моя вина. Мне следовало раньше проснуться. Не могу поверить, что я все проспал.